Существование шекспировских героев во времени. Гамлет как образ-тип

В мире появился новый обитатель: образ-тип, «нарицательное  имя  многих предметов, выражаемое, однако же, собственным именем» (Белинский).Этот  обитатель  оказался гораздо долговечнее простого смертного: в нем были заключены не только качества человека, живущего в определенном месте, в определенное время, но и те свойства  самой  человеческой  природы,  которые обладают  особой устойчивостью и живучестью. Такие свойства переживают эпохи и переходят границы стран; меняя свои формы, они сохраняют родовую основу.С образами, о которых идет речь, каждый знаком с юности.Это Дон Кихот, Тартюф, Обломов, Фауст, Хлестаков и другие  подобные  им герои-прозвища, сопровождающие жизнь многих поколений.И это — Гамлет.Каждый  из характеров обладает не только именем собственным, но также и нарицательным. Взаимоотношение между такими именами  не  просто.  В  истории культуры  нередко имя нарицательное отделялось от собственного и приобретало свое особое движение и развитие.Новые   эпохи   относили   нарицательное   имя   к    новым    явлениям действительности.   Оно   бралось  на  вооружение  различными  общественными группами, иногда для противоположных целей.Нередко это  напоминало  соотношение  биографии  и  легенды.  Воин  или государственный  деятель  некогда прожил свой век; были в его жизни и личные отношения, и события разного значения. Он обладал особым складом  характера.Потом человек умер; умерли его близкие — не стало людей, хорошо его знавших.Биография  начала  забываться,  появилась  легенда.  При  возникновении  она связывалась с действительным  событием  или  жизненной  чертой,  казавшимися современникам    особенно    существенными.   Потом   именно   эта   сторона преувеличивалась — остальное забывалось. Следующие поколения  узнавали  лишь легенду  и  в  свою  очередь дополняли ее новыми, выдуманными подробностями; вводили в нее свои идеалы и хотели увидеть в ней  осуществление  собственных стремлений.Погребальный  холм осел и порос травой, а легенда — ничем, кроме имени, не связанная с биографией умершего человека,  —  выражала  мысли  и  чувства новых поколений.Нечто   подобное   иногда   случалось   и   с  образами  художественных произведений.Герой пьесы, сочиненной три столетия назад, — виттенбергский студент  и наследный  принц  Дании  —  стал  известен  не  только  как действующее лицо драматического сочинения, но и как имя нарицательное. Распространение  этого имени   приобрело   масштаб  неповторимый  в  истории  культуры.  Оно  стало обобщением, выражавшим, по мнению множества выдающихся  людей,  свойства  не только  человеческих  характеров,  но  иногда целых наций в какие-то моменты своего развития.От  фигуры  в  траурном  костюме  отделилось  необъятное  понятие;  оно участвовало в грандиозных идеологических боях.Но  чем  ожесточеннее  становились  бои, тем чаще речь шла уже только о понятии,  а  сам  образ  датского  принца  отходил  вдаль;  предметом  спора становилось  лишь  понятие  «гамлетизм»,  автором  которого  был  не  только Шекспир, но и еще великое множество других людей. Среди  соавторов  Шекспира были и великие мыслители, и невежды, и люди, стремившиеся к победе нового, и злобные консерваторы.История  возникновения  и  развития  понятия  гамлетизм  лишь  частично связана с исследованием шекспировской пьесы и  даже  в  отдельности  взятого образа  героя.  Мало того, само это понятие менялось и нередко связывалось с явлениями, противоположными друг другу.В современном представлении гамлетизм обозначает  сомнения,  колебания, раздвоение  личности,  преобладание  рефлексии  над  волей  к  действию. Так разъясняет это понятие энциклопедия, и таким мы привыкли  его  воспринимать, не  задумываясь глубоко над его подлинным значением. Однако и все понятие, и каждое из явлений, объединенных им, в разные времена  вызывались  различными общественными причинами и имели свой характер.В  шекспировское время многое объединялось понятием «меланхолия»; о ней писали философские трактаты, модники  становились  в  позу  разочарования  в жизни.   На  эти  темы  часто  шутили,  и  сам  Гамлет,  перечисляя  обычные театральные амплуа, упоминает  и  «меланхолика».  Однако  число  самоубийств увеличивалось,  и  раздел  учения стоиков, посвященный мудрости самовольного ухода из жизни, привлекал особое внимание.

error: Content is protected !!