Содержимое

Введение

Указом Президента РФ от 18 июля 2008 г. № 1108 «О совершенствовании Гражданского кодекса РФ» в целях совершенствования законодательных основ рыночной экономики, правового обеспечения международных экономических и гуманитарных связей России и подготовки изменений в Гражданский кодекс РФ (далее – ГК РФ) принято предложение Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства о разработке концепции развития гражданского законодательства России и проектов федеральных законов о внесении изменений в ГК РФ в целях: а) дальнейшего развития основных принципов гражданского законодательства РФ, соответствующих новому уровню развития рыночных отношений; б) отражения в ГК РФ опыта его применения и толкования судом; в) сближения положений ГК РФ с правилами регулирования соответствующих отношений в праве Европейского союза; г) использования в гражданском законодательстве РФ новейшего положительного опыта модернизации гражданских кодексов ряда европейских стран; д) поддержания единообразия регулирования гражданско-правовых отношений в государствах – участниках СНГ; е) обеспечения стабильности гражданского законодательства РФ.
На основании названного Указа Президента РФ решением Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства от 7 октября 2009 г. одобрена Концепция развития гражданского законодательства РФ .
В рамках реализации названной Концепции Советом при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства 25 апреля 2014 года был принят ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса РФ и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов РФ» (далее – ФЗ от 5 мая 2014 г.) (вступил в силу 1 сентября 2014 года), который внес изменения в ключевые с точки зрения корпоративного права положения ГК РФ, касающиеся правового статуса и порядка деятельности юридических лиц.
Традиционно признаками юридического лица (внутренние свойства, присущие юридическому лицу, каждое из которых необходимо, а все вместе – достаточные для того, чтобы юридическое лицо могло признаваться субъектом гражданского права) называют организационное единство; имущественная обособленность; самостоятельная имущественная ответственность по своим обязательствам; участие в гражданском обороте от своего имени. В условиях реформирования гражданского законодательства содержание данных признаков претерпело изменения.
Актуальность настоящей работы обусловлена необходимостью анализа новелл ГК РФ, вступивших в силу с 1 сентября 2014 года, а также выявлением проблем, возникающих в процессе применения норм о юридических лицах
Учитывая это, представляется, что тема, посвященная юридическим лицам в российском гражданском праве, интересна, актуальна и своевременна.
Особое значение для настоящего времени исследование понятия и признаков юридических лиц приобретает в связи с реформированием гражданского законодательства и переосмыслением его основных положений.
Цель данного исследования состоит в научном анализе понятия и признаков юридических лиц, их значения и роли для гражданских правоотношений.
Для достижения поставленной цели в ходе дипломного исследования решались следующие задачи:
– определение сущности и особенностей правосубъектности юридических лиц;
– характеристика теории юридических лиц;
– анализ видов юридических лиц;
– характеристика конкретных признаков юридического лица;
– рассмотрение проблемных аспектов создания, реорганизации и ликвидации юридических лиц;
– выявление проблем применения законодательства о юридических лицах.
Объектом исследования выпускной квалификационной работы являются общественные отношения, возникающие в сфере деятельности юридических лиц.
Предметом исследования выступают правовые нормы, регулирующие различные аспекты деятельности юридических лиц, а также научная литература и судебная практика, затрагивающая вопросы правового регулирования и правоприменительной практики деятельности юридических лиц.
Выбранная тема дипломного исследования являлась предметом изучения таких ученых, как Адарченко Е.О., Адарченко Е.О., Алпатов А.Л., Барабанова А.Н., Бараненков В.В., Богданов Е.В., Груздев В.В., Гутников О.В., Дегтярева А., Долинская В.В., Егоров А.В., Усачева К.А., Кархалев Д.Н., Козлова Н.В., Кузнецова В.А., Ломакин Д.В., Марков П.А., Матвеева Э.Ю., Мыскин А.В., Поротикова О.А., Румянцев Ф.А., Серова О.А., Степанов А., Суханов Е.А., Тихомиров М.Ю., Хитрова М.А., Шевчук Д., Яковлев В.Ф. и др.
Методологическую базу исследования составляют следующие методы познания: общенаучный диалектический метод познания и связанные с ним специальные методы; анализ и синтез, формально-логический, сравнительно-правовой, структурно-системный и другие методы.
Нормативную основу исследования составили гражданское законодательство России, федеральные законы, подзаконные акты; перечень источников и литературы, проанализированных и использованных при проведении дипломного исследования, приведен в конце работы.
Практическая значимость работы заключается в системном теоретическом и практическом исследовании понятие и признаков юридических лиц. Результаты проведенного исследования нашли отражение в выводах, сформулированных по итогам исследования и направленных на совершенствование действующего законодательства.
В соответствии с установленными требованиями дипломная работа состоит из введения, трех глав, включающих семь параграфов, заключения, списка использованных источников.

Глава 1. Общая характеристика юридического лица как субъекта гражданского права

1.1. Понятие и правосубъектность юридического лица

1.2. Теории юридического лица

1.3. Виды юридических лиц

1.1. Понятие и правосубъектность юридического лица

В ст. 48 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) содержится определение юридического лица, на основе которого создаются и функционируют различные виды юридических лиц, которые предусмотрены законом. Независимо от того, к какому виду относится юридическое лицо, оно должно удовлетворять критериям (признакам), указанным в данном определении. Понятие юридического лица в новой редакции ст. 48 ГК РФ лаконичнее изложено, чем в предыдущей. Юридическим лицом признается организация, которая обладает обособленным имуществом и отвечает данным имуществом по собственным обязательствам, может приобретать и осуществлять от своего имени гражданские права, нести гражданские обязанности, быть в суде истцом и ответчиком.
Пункт 1 ст. 49 ГК РФ в основном воспроизводит положения ч. 1 п. 1 данной статьи в прежней (первоначальной) редакции, изменения коснулись лишь следующего: ранее непосредственно указывалось, на каком праве организации принадлежит обособленное имущество – в собственности, хозяйственном ведении или оперативном управлении; вместо приобретения и осуществления гражданских прав и несения гражданских обязанностей ранее указывалось на приобретение и осуществление имущественных и личных неимущественных прав и несение обязанностей.
Подобные определения давались и до принятия части первой ГК РФ. Так, в частях 1 и 2 п. 1 ст. 11 Основ гражданского законодательства СССР в рамках определения понятия юридического лица указывалось следующее: юридическим лицом признается организация, которая имеет в собственности, полном хозяйственном ведении или оперативном управлении обособленное имущество, отвечает по своим обязательствам этим имуществом и выступает в суде, арбитражном суде и третейском суде от своего имени (ч. 1); юридические лица могут иметь имущественные и личные неимущественные права и обязанности (ч. 2). Статья 23 ГК РСФСР определяла, что юридическими лицами признаются организации, которые обладают обособленным имуществом, могут от своего имени приобретать имущественные и личные неимущественные права и нести обязанности, быть истцами и ответчиками в суде, арбитраже или в третейском суде.
В части 2 п. 1 ст. 49 ГК РФ в прежней редакции предусматривалось, что юридические лица должны иметь самостоятельный баланс и (или) смету. Данное положение не воспроизведено в новой редакции ст. 49 ГК РФ. Причина видится в том, что наличие самостоятельного баланса или сметы не рассматривалось в качестве положения, раскрывающего понятие юридического лица.
Цивилистика до настоящего времени не в состоянии более или менее удовлетворительно объяснить феномен юридического лица. Поэтому естественным является формирование среди исследователей «упаднических» теорий о том, что сущность юридического лица непостижима и вряд ли есть необходимость проводить какие-либо изыскания в этой области. Так, Н.В. Козлова пишет: «Поиски субстрата юридического лица – занятие достаточно бесперспективное» .
О.А. Серова в своей докторской диссертации попыталась обосновать нецелесообразность разработки универсальной теоретической концепции, которая объясняла бы сущность юридического лица в качестве правового феномена .
Примерно такую же позицию занял А.А. Алпатов, утверждающий, что по объективным причинам юридический подход к определению сути юридического лица себя исчерпал .
Несмотря на обилие теорий и подходов к изучению сущности юридического лица, авторы вынуждены в конце концов наделять юридическое лицо волей, виной, мотивацией, разумностью, справедливостью, добросовестностью, т.е. очеловечивать юридическое лицо, с тем чтобы обосновать участие юридических лиц в гражданском обороте.
Основным элементом статуса любого юридического лица является правосубъектность. Проблемы правосубъектности юридического лица будут актуальны всегда. Как справедливо отметила В.В. Долинская, «представляется, что с развитием гражданского (торгового оборота) и совершенствованием правового регулирования опосредующих его отношений будут возникать и оформляться новые участники отношений, снова на качественно новом уровне будет ставиться вопрос о правосубъектности» .
Российское право не содержит легального определения понятия правосубъектности. Как справедливо отмечает Н.В. Козлова, «правосубъектность есть категория, которая прочно установилась в цивилистической теории, хотя законодательство не использует этот термин» .
Одни авторы считают, что правосубъектность юридического лица следует рассматривать как правовую категорию, выражающую действительное юридическое положение юридического лица и направленную на приобретение и реализацию прав .
Другие авторы предлагают рассматривать правосубъектность юридического лица как выражение не естественного, а общественно юридического свойства, это значит, что она обозначает юридическую возможность, которая, как и иные юридические возможности, представляет собой ничто иное, как субъективное право .
Третьи, например В.В. Бараненков, считают, что понятие «правосубъектность» целесообразно использовать в качестве обобщающего, предельно широкого, объемлющего своим содержанием все нормы, включенные в субинституты правового положения юридического лица, правового положения участников юридического лица и нормы, составляющие субинституты создания, реорганизации и ликвидации юридического лица .
Все точки зрения можно считать полезными, однако, как представляется, под правосубъектностью юридического лица в общем смысле следует понимать определенный комплекс прав и обязанностей юридических лиц, объем которых определяется законодательством.
Правосубъектность юридических лиц по российскому праву включает в себя два понятия – «правоспособность» и «дееспособность».
Правоспособность – способность иметь гражданские права и нести гражданские обязанности .
Дееспособность – способность самостоятельно осуществлять свои права и нести обязанности, а также совершать юридически значимые действия.
Статья 49 ГК РФ допускает существование как общей, так и специальной правоспособности юридических лиц. При этом общую правоспособность могут иметь лишь коммерческие организации, поскольку они могут осуществлять любой вид коммерческой деятельности, не запрещенной законом. Иные организации имеют специальную правоспособность, соответствующую целям деятельности, предусмотренным в их учредительных документах .
До принятия ФЗ от 5 мая 2014 г. право осуществлять определенные виды деятельности только при соблюдении условия о членстве в саморегулируемой организации (СРО) было предусмотрено отдельными федеральными законами. В ГК РФ такие нормы отсутствовали, в нем была установлена лишь обязательность наличия лицензии в случаях, предусмотренных законом (абз. 2 п. 3 ст. 49 ГК РФ). Теперь эта норма дополнена, в ней указано, в частности, что право осуществлять деятельность, для ведения которой необходимо состоять в СРО, возникает с момента вступления в данную организацию (п. 3 ст. 49 ГК РФ).
Изменениями, внесенными ФЗ от 5 мая 2014 г., учтена тенденция федерального законодателя отказа от лицензирования отдельных видов деятельности и переходу к их саморегулированию. Отношения, возникающие в связи с приобретением и прекращением статуса СРО, деятельностью СРО, объединяющих субъектов предпринимательской или профессиональной деятельности, осуществлением взаимодействия саморегулируемых организаций и их членов, потребителей произведенных ими товаров (работ, услуг), федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов РФ, органов местного самоуправления, регулируются ФЗ «О саморегулируемых организациях» . Однако, действие названного Закона не распространяется на СРО отдельных субъектов предпринимательской или профессиональной деятельности, например, на саморегулируемые организации жилищных накопительных кооперативов, паевых инвестиционных фондов и негосударственных пенсионных фондов, негосударственных пенсионных фондов, акционерных инвестиционных фондов, профессиональных участников рынка ценных бумаг, кредитных организаций, бюро кредитных историй и др.
Момент возникновения правосубъектности имеет принципиальное теоретическое и практическое значение. В связи с этим приведем мнение Ю.А. Тихомирова о том, что «государственная регистрация как бы открывает дорогу юридическим и физическим лицам для экономической и иной деятельности» .
Некоммерческие организации могут заниматься приносящей доход деятельностью, только если это предусмотрено уставом и только в той мере, в какой эта деятельность служит достижению целей создания таких организаций и соответствует данным целям (п. 4 ст. 50 ГК РФ).
Согласно ГК РФ правоспособность юридического лица возникает в момент его создания, а именно со дня государственной регистрации в Едином государственном реестре юридических лиц.

1.2. Теории юридического лица

Начало теоретической разработки понятия юридического лица связывают с именем Ф.К. Савиньи, до которого, по выражению Л.Л. Гервагена, «наука брала понятие юридического лица из римского права и положительных законодательств как нечто готовое, не относясь критически к взгляду римских юристов по этому вопросу» .
В отечественной литературе начиная с XIX в. предпринимались попытки систематизации существующих теорий юридических лиц, наиболее известная из которых принадлежит Л.Л. Гервагену – она была опубликована им в работе «Развитие учения о юридическом лице» в 1888 г.
В соответствии с данным подходом выделены четыре группы теорий:
1) теории, признающие юридическое лицо искусственным образованием (теории фикции);
2) теории, признающие субъектом права понятие, цель и др.;
3) теории, признающие реальность юридического лица (теории реальности);
4) теории, признающие необходимость в отыскании действительных субъектов, стоящих за юридическим лицом и выступающих действительными субъектами прав юридического лица.
Классификация Л.Л. Гервагена в настоящее время сохраняет свою актуальность, существующие теории юридических лиц могут быть отнесены к одной из четырех групп. Она становится основой и для современных классификаций, приводимых Н.В. Козловой , в частности, в работе, которая является одной из немногих современных отечественных книг, посвященных понятию и сущности юридического лица.
Существующие в настоящее время теории, объясняющие сущность юридического лица, в той или иной степени сгруппированы вокруг основополагающего вопроса: является ли юридическое лицо реально существующим субъектом права или это фикция?
В зависимости от этого все теории юридических лиц могут быть разделены на две основные группы:
1) теории фикции;
2) теории реальности юридического лица.
В особые группы теорий необходимо отнести подходы, которые, во-первых, имеют цель выявить лиц, являющихся действительными субъектами прав юридического лица (теории «снятия покровов», «прокалывания корпоративной вуали», теории «субстрата» юридического лица), а во-вторых, рассматривают юридическое лицо как персонифицированное имущество.
С позиции представления о юридическом лице как фикции рассматривался вопрос о моменте, с которого юридическое лицо становится субъектом права. Было выработано два подхода. Одни ученые отмечали, что юридическое лицо создается государством, значит, решающей волей при создании юридического лица выступает воля публичного образования. Именно с этих позиций обосновывалась концессионная (разрешительная) система учреждения юридических лиц. Другие авторы полагали, что для возникновения юридического лица акт государственной регистрации необходим, но он завершает весь процесс учреждения, государство как бы примиряется с существованием юридического лица, отказывает в регистрации только при допущенных при создании лица нарушениях закона .
К теории фикции следует отнести и представление о юридическом лице как об особом приеме юридической техники, необходимом для облегчения участия в гражданских правоотношениях объединений лиц, которое в настоящее время поддерживается Б.И. Пугинским (теория правового средства) .
Подход, в соответствии с которым правосубъектность юридического лица возникает с момента его регистрации в установленном порядке, также основан на теории фикции. Противоположный подход предполагает наделение пока еще не полностью правосубъектного образования – юридического лица до момента его государственной регистрации – отдельными правами.
В противовес теориям фикции примерно в это же время начали разрабатываться теории, признающие юридическое лицо реально существующим субъектом права.
В рамках данных теорий наметилось два основных подхода: органическая теория и теория социальной реальности.
Первая теория развивалась в немецкой цивилистике в 30 – 90-х гг. XIX столетия. В основу объяснения сущности юридического лица сторонники данной теории ставили представление о юридическом лице как социальном организме.
Вторая теория получила гораздо большее признание как в немецкой правовой доктрине, так и у дореволюционных отечественных ученых. Ее суть заключается в представлении о юридическом лице как реально существующем субъекте права, которое в отличие от физического лица – «телесного» лица – является лицом «бестелесным». А для такого реально существующего юридического лица свойственно специфическое внутреннее устройство, характеризующееся особого рода отношениями, складывающимися между его участниками.
Логическим следствием представления о юридическом лице как реально существующем субъекте права являлось воззрение о том, что юридическое лицо имеет собственные (не производные от учредителей или участников) правоспособность и дееспособность, может обладать как имущественными, так и личными неимущественными правами и осуществлять их от своего имени.
В особую группу теорий о сущности юридического лица могут быть отнесены теории, имеющие своей целью выявление действительных лиц, стоящих за юридическим лицом («субстрата»). Данные лица рассматриваются в качестве действительных субъектов прав юридического лица, выражающих его волю и его интересы (далее в работе эти теории будут схематично названы теориями «субстрата»). Первоначально теории «субстрата» развивались в рамках теорий фикции, в настоящее время, как представляется, эта связь теорий утратилась.
Необходимо выделить четыре основные теории «субстрата», развиваемые в отечественной литературе.
1. Теория коллектива. Сторонники данной теории определяют юридическое лицо (государственный хозяйственный орган, с учетом исторических реалий того времени) как организованный коллектив рабочих и служащих во главе с ответственным руководителем.
2. Теория администрации. Суть данной теории сводится к тому, что в качестве реальных субъектов прав юридического лица рассматриваются его управляющие (руководители).
3. Теория директора. Данная теория во многом конкретизирует теорию администрации, поскольку носителем правосубъектности юридического лица признаются не управленцы юридического лица, а руководитель – исполнительный орган. При этом отмечается, что собственник государственного имущества – государство стоит за директором юридического лица.
Теория государства. Данная теория была разработана в условиях социалистической экономики и признания государства единственным собственником социалистического имущества, она позволяла объяснить связь, образующуюся между государством и выражающими государственные интересы юридическими лицами. Государство в соответствии с таким подходом признавалось выразителем воли государственного юридического лица и исключительным субъектом прав этого юридического лица.
В настоящее время данная концепция не утратила своего значения для объяснения сущности государственных и муниципальных унитарных предприятий, государственных учреждений и др. Хотя феномен юридического лица не является безразличным для государства, поскольку оно в конечном счете заинтересовано в существовании нормально функционирующих юридических лиц, выполняющих определенные социальные функции и задачи, это не означает, что государство становится «субстратом» юридических лиц, субъектом, который на самом деле стоит за ними. Иными словами, выявление связей между интересами государства и интересами конкретного юридического лица в условиях рыночной экономики не имеет серьезного практического и теоретического значения для объяснения сущности юридического лица.
Признание юридического лица самостоятельным субъектом гражданского права, обладающим собственным имуществом, обособленным от имущества его учредителей (участников), привело к возникновению особой теории юридического лица, в соответствии с которой то самое обособленное имущество рассматривается в качестве основной сущностной черты юридического лица, – теории персонифицированного имущества .
Концепция, в соответствии с которой сущностью юридического лица признается обособленное имущество, зародилась также на основе представлений о том, что субъективные права могут существовать и без субъекта этих прав.
Из числа современных ученых теории персонифицированного имущества придерживается Е.А. Суханов, который полагает, что сущность юридического лица – это обособленное персонифицированное имущество, применение конструкции юридического лица «связано с обособлением определенного имущества с целью ограничения имущественной ответственности (то есть уменьшения риска участия в гражданском обороте) для его учредителей (участников)». Наконец, подчеркивается, что за имуществом юридического лица закон признает свойства субъекта права, и это отвечает потребностям имущественного оборота .
Сторонники теории персонифицированного имущества признают в качестве определяющего признака юридического лица его имущественную самостоятельность, выступают за установление в законодательстве повышенных требований к формированию уставного капитала юридических лиц: увеличение его минимального размера и ограничение возможности внесения в уставный капитал при учреждении юридического лица неденежного вклада.

1.3. Виды юридических лиц

Пункт 2 ст. 49 ГК РФ устанавливает, что юридическое лицо должно быть зарегистрировано в ЕГРЮЛ в одной из организационно-правовых форм, предусмотренных ГК РФ. Организационно-правовые формы юридических лиц предусмотрены в ст. 50 «Коммерческие и некоммерческие организации» гл. 4 ГК РФ, в т.ч. в п. 2 указанной статьи – организационно-правовые формы, в которых могут создаваться юридические лица, являющиеся коммерческими организациями, и в п. 3 указанной статьи – организационно-правовые формы, в которых могут создаваться юридические лица, являющиеся некоммерческими организациями.
В п.1 ст. 50 ГК РФ прямо установлено, что целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли. Даже если в учредительном документе коммерческой организации не будет указана такая цель либо фактически деятельность окажется убыточной, это не будет иметь значение для признания юридического лица коммерческой организацией. Как верно отмечает Е.А. Суханов, «создание юридического лица, не ставящего целью извлечение прибыли, в форме, предназначенной для коммерческой организации, невозможно» .
Все коммерческие и некоммерческие организации новым ФЗ от 5 мая 2014 г. разделены на унитарные юридические лица и корпорации.
Схема юридических лиц представлена в приложении № 1 к настоящей работе.
Корпорациями признаются организации, в которых учредители (участники) наделены правом участия (членства) в них и формируют в соответствии с п. 1 ст. 65.3 ГК РФ их высший орган. К корпорациям законодателем отнесены все коммерческие юридические лица (за исключением унитарных предприятий), а также ряд некоммерческих:
– потребительские кооперативы;
– общественные организации;
– ассоциации (союзы);
– товарищества собственников недвижимости;
– казачьи общества, внесенные в соответствующий государственный реестр;
– общины коренных малочисленных народов.
В абз. 1 п. 1 ст. 65.1 ГК РФ содержится законодательное определение понятия корпорации, закрепляющее две главные особенности (два признака) этого вида юридических лиц: 1) участие (членство) в них их учредителей (участников) и 2) формирование ими высшего органа юридического лица.
Первый – традиционный и общепризнанный – признак корпорации вытекает из существа корпоративных отношений как отношений участия (членства), прямо закрепленного в абз. 1 п. 1 ст. 2 ГК РФ. В этих отношениях общий принцип отделения имущества юридического лица от имущества его учредителей (делающее возможным выступление юридического лица в качестве самостоятельного участника гражданских правоотношений), как отмечает Е.А. Суханов, «приобретает необходимое своеобразие: хотя имущество, переданное корпорации ее участниками (учредителями), перестает быть объектом их права собственности (даже долевой), они, однако, остаются ее членами, имеющими возможность участвовать в формировании воли созданного ими юридического лица, в том числе по поводу использования уже не принадлежащего им имущества корпорации» .
Второй признак корпорации неизвестен традиционной теории корпоративного права. Он не был предусмотрен первоначальной редакцией ст. 65.1 и появился лишь в окончательной редакции ФЗ от 5 мая 2014 г. При этом он вызывает сомнения в своей обоснованности, поскольку, с одной стороны, учредители (участники) корпорации формируют не только ее высший орган, но и иные ее органы, а с другой стороны, учредители унитарных организаций обычно также формируют высшие (или единственные) органы этих юридических лиц.
Возможно, слово «формируют» в данном случае следует понимать не в смысле «создают», а в смысле «составляют». Иначе говоря, особенностью гражданско-правового статуса корпорации, по мысли отечественного законодателя, является еще и то обстоятельство, что ее учредители (участники) по существу автоматически составляют ее высший орган (общее собрание). Возможно, этим также хотели отметить особенность второй составной части корпоративных отношений – отношений по управлению корпоративными организациями. Вряд ли, однако, такое дополнение можно считать вполне удачным.

>

Доступа нет, контент закрыт

Глава 2. Правовая характеристика признаков юридического лица и средства его индивидуализирующие: вопросы теории и практики

Тинькофф All Airlines [credit_cards][status_lead]

2.1. Организационное единство

2.2. Имущественная обособленность

2.3. Самостоятельная имущественная ответственность по своим обязательствам

2.4. Участие в гражданском обороте от своего имени

2.1. Организационное единство

Организационное единство юридического лица предполагает наличие устойчивой структуры, требующей управления. Поэтому можно согласиться с Ю.С. Харитоновой в том, что юридическое лицо с этой точки зрения является определенным образом организованным имущественным комплексом, находящимся в управлении .
Сочетая в себе такой признак, как организационное единство, юридические лица используют его исключительно как всякое единое целое, способное решать определенные социальные задачи.
В.К. Артеменков в структуре юридического лица как системной целостности выделяет следующие конституирующие элементы:
– целевой субстрат – целеполагание (общая цель физических лиц или цель одного лица, положенная в основу существования юридического лица и проявляющаяся в основных видах его деятельности);
– волевой субстрат – физическое лицо (учредитель, участник (член) организации) (источник волеспособности юридического лица);
– материальный субстрат – имущество (необходимо для функционирования юридического лица, реализации целеполагания) .
Без целевого и волевого субстрата, по мнению В.К. Артеменкова, юридическое лицо как субъект права немыслимо, а без имущества его существование для экономического оборота бессмысленно.
В юридической литературе высказывается мнение о том, что «признак «организационное единство» доказал свою несостоятельность. В компаниях одного лица, где и учредителем, и директором (органом) является одно и то же лицо, вообще нет никакой организации, тем более никакого организационного единства… следует отказаться от указанного признака, поскольку нельзя в норме права устанавливать признак, не являющийся всеобщим» .
Организационное единство как признак юридического лица прежде всего предполагает определенную внутреннюю структуру, характеризующуюся наличием органов управления, а также различных подразделений. У юридических лиц признак организационного единства характеризуется еще и наличием учредительных документов. Наличие учредительных документов является формальным выражением организационного единства как признака юридического лица.
Основные положения об учредительных документах юридических лиц содержаться в ст. 52 ГК РФ. Все юридические лица, за исключением хозяйственных товариществ, действуют на основании уставов, которые утверждаются их учредителями (участниками). В отношении же хозяйственного товарищества ГК РФ устанавливает, что оно действует на основании учредительного договора, который заключается его учредителями (участниками) и к которому применяются правила ГК РФ об уставе юридического лица.
ГК РФ не решает принципиально важный вопрос о правовом положении органа юридического лица. В частности, является ли орган юридического лица самостоятельным субъектом, представляющим интересы юридического лица, либо орган юридического лица есть неразрывная часть самого юридического лица и не является его представителем.
Как известно, в цивилистической теории по указанному вопросу существует две основные точки зрения.
По замечанию первой группы авторов, орган юридического лица представляет собой его неотъемлемую часть и не является его представителем. По их мнению органы юридического лица «составляют часть юридического лица и не являются самостоятельными субъектами права» .
Согласно взглядам других авторов в силу имеющихся различий институт органа юридического лица не должен отождествляться с институтом представительства: у органа как такового нет своей правоспособности, дееспособности и интересов, отличных от юридического лица, тогда как представитель имеет собственную правоспособность и дееспособность; юридическое лицо может действовать только через орган, тогда как представляемый может существовать помимо представителя; физическое лицо, группа физических лиц, которая имеет статус органа юридического лица, сохраняет данный статус как при совершении юридических действий, так и при совершении фактических действий, в то время как статус представителя связан только с совершением юридических действий и др.
Вторая группа авторов придерживается взглядов на орган юридического лица как на лицо (группу лиц), формирующее и выражающее его волю и выступающее в качестве его представителя. И.В. Елисеев указывает, что «орган юридического лица – это правовой термин, обозначающий лицо (единоличный орган) или группу лиц (коллегиальный орган), представляющих интересы юридического лица в отношениях с другими субъектами права без специальных на то полномочий (без доверенности)» .
В.П. Мозолин и А.П. Юденков полагают, что органом юридического лица является лицо или совокупность лиц, уполномоченных в соответствии с законом, иными нормативными актами или учредительными документами осуществлять управление деятельностью юридического лица .
Подход к правовому статусу органа юридического лица как его представителя поддерживают и такие авторы, как А.Я. Ганижев, Ю.В. Яворская. При этом одни из них определяют представительство органа юридического лица в качестве законного, другие – уставного и третьи – особого .
Представляется не основанным на законе мнение о том, что представительство органа юридического лица следует сопоставлять с законным представительством – опекунством, когда представляемый (юридическое лицо) не может самостоятельно совершать действия в силу своей недееспособности. ГК РФ исходит из презумпции дееспособности юридического лица, предполагая ее наличие (п. 1 ст. 48: «организации, которые… могут от своего имени приобретать гражданские права…»). На дееспособность юридического лица указывает механизм, при помощи которого оно может приобретать гражданские права. Юридическое лицо, как указано в ст. 53 ГК РФ, приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, которые в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом действуют от его имени. Порядок образования и компетенция органов юридического лица определяются законом и учредительным документом.
В части 3 п. 1 ст. 53 ГК РФ предусмотрена возможность установления учредительным документом того, что полномочиями выступать от имени юридического лица предоставляются нескольким лицам, действующим совместно или независимо друг от друга. На случай, если это учредительным документом установлено, в данной части предусмотрена необходимость включения соответствующих сведений в ЕГРЮЛ.
Данная часть содержит нововведения ФЗ от 5 мая 2014 г., причем в первоначальном проекте ФЗ № 47538-6 эти положения не предусматривались. Случаями, о которых идет речь, являются случаи ведения дел хозяйственного товарищества несколькими полными товарищами, однако вряд ли в ч. 3 п. 1 ст. 53 ГК РФ идет речь лишь о них. К указанной части непосредственно отсылает положение ч. 1 п. 3 ст. 65.3 ГК РФ, устанавливающее, что уставом корпорации может быть предусмотрено предоставление полномочий единоличного исполнительного органа нескольким лицам, действующим совместно, или образование нескольких единоличных исполнительных органов, действующих независимо друг от друга.
По мнению Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда, разъяснившего порядок применения п. 1 ст. 53 ГК РФ, действия управляющей организации в качестве органа юридического лица являются действиями самого юридического лица. Полномочия управляющей компании в этом случае определяются нормами законодательства и договором о передаче полномочий исполнительного органа .
Пункт 2 ст. 53 ГК РФ допускает установление в ГК РФ случаев, в которых юридическое лицо может приобретать гражданские права и принимать на себя гражданские обязанности через своих участников. Случаи, о которых идет речь, предусмотрены лишь положениями, регламентирующими ведение дел хозяйственного товарищества. Так, в соответствии с ч. 1 п. 1 ст. 72 ГК РФ каждый участник полного товарищества вправе действовать от имени товарищества, если учредительным договором не установлено, что все его участники ведут дела совместно, либо ведение дел поручено отдельным участникам. Согласно части 1 ст. 84 ГК РФ управление деятельностью товарищества на вере осуществляется полными товарищами; порядок управления и ведения дел такого товарищества его полными товарищами устанавливается ими по правилам ГК РФ о полном товариществе.
В ГК РФ закреплена обязанность лица, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Постольку, поскольку рассматриваемая обязанность сохранена, сохраняют свою практическую значимость разъяснения, данные в Постановлении Пленума ВАС России от 30 июля 2013 г. № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» . Так, в пункте 1 названного Постановления арбитражным судам предписано принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.
Так, по мнению Двенадцатого арбитражного апелляционного суда, положения ст. 53 ГК РФ подразумевают, что лица, учреждающие хозяйственное общество или товарищество и (или) выступающие от его имени, обязаны действовать в его интересах, соблюдая принцип добросовестности, предусмотренный ст. 10 ГК РФ, согласно которому не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах .
Пункт 3 ст. 53 ГК РФ распространяет рассматриваемую обязанность – действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно – и на членов коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.). Лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган – директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица – члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно .
Итак, организации, наделенные правами юридического лица, должны обладать в первую очередь организационным единством. Так как именно через данный признак раскрывается внутренний механизм юридического лица.

2.2. Имущественная обособленность

Одним из признаков юридических лиц является их имущественная обособленность. Юридические лица, как указывает В.В. Груздев, специально создаются для участия в гражданском обороте от собственного имени с целью накопления и последующего использования имущества по определенному назначению .
В современной цивилистической доктрине вопросы имущественной обособленности юридических лиц главным образом исследуются в аспекте формирования учредителями стартового капитала коммерческих организаций – уставного (складочного) капитала, уставного (паевого) фонда и т.п.
Между тем решение проблемы начального капитала юридического лица конкретной организационно-правовой формы всецело предопределяется политико-правовыми соображениями, господствующими в тех или иных социально-экономических условиях государственного строительства.
Так, Законом РСФСР от 25 декабря 1990 г. № 445-1 «О предприятиях и предпринимательской деятельности» требование к минимуму уставного фонда товарищества с ограниченной ответственностью вообще не предъявлялось, причем имущество товарищества, в том числе сформированное за счет вкладов его участников, признавалось собственностью последних. То есть речь шла о юридическом лице, которое в правовом плане a priory не могло иметь имущества в виде индивидуально-определенных вещей. Ведь именно такое имущество выступает объектом права собственности. Однако нельзя было ограничить способность товарищества с ограниченной ответственностью обладать иными имущественными правами и обязанностями, которые оно неизбежно приобретало, вступая в гражданско-правовые отношения от своего имени. По существу, товарищество с ограниченной ответственностью действовало на комиссионных началах: например, заключив в качестве покупателя договор купли-продажи, оно становилось обладателем обязательственного права принять товар, который, однако, непосредственно поступал в долевую собственность участников.
Кроме того, нередко в экономический оборот вовлекаются некоммерческие юридические лица, преследующие так называемые идеальные цели и вовсе не обязанные иметь стартовый капитал (общественные объединения, учреждения и т.п.).
Как видно, реально существование юридических лиц, в том числе профессиональных участников оборота, к начальному капиталу которых правопорядок не предъявляет каких-либо требований.
Понятие «имущество» является собирательным и применительно к конкретным правоотношениям подлежит определению в одном из трех аспектов: как вещь или совокупность вещей; как вещи и имущественные права; как совокупность вещей, имущественных прав и обязанностей.
В процессе имущественного обособления юридического лица на первый план выходит понимание имущества как совокупности гражданских прав и обязанностей, поскольку именно таким имуществом непременно обзаводится всякое юридическое лицо в момент своего создания. Происходит это вследствие заключения учредителями с образуемым ими юридическим лицом договора об имущественном обособлении.
Принимая решение о создании юридического лица, учредители действуют не только от своего имени, но и непременно от имени юридического лица, формируя и выражая общую волю сторон вступить в договор об имущественном обособлении, порождающий соответствующее внутриорганизационное правоотношение. Момент же заключения данного договора приурочен к моменту создания юридического лица (по российскому законодательству это дата государственной регистрации), поскольку только тогда находит проявление воля вновь рожденного субъекта права.
Договор об имущественном обособлении, будучи необходимым для приобретения организацией качеств правосубъектности (единства волевой способности как содержания и правоспособности как формы), характерен абсолютно для всех юридических лиц. Указанный договор, вне всякого сомнения, есть гражданско-правовая связь, обеспечивающая самостоятельность участника имущественного оборота. А вот правоотношение юридического лица с субъектом, который осуществляет функции единоличного исполнительного органа, в ряде случаев (в частности, в некорпоративных организациях) может быть трудовым, воплощая стремление законодателя усилить юридические гарантии человека, вовлекаемого в производственный процесс. И если существование юридического лица, не имеющего учредителей, исключается (как исключается существование индивида без родителей), то временное отсутствие лица, выполняющего функции единоличного исполнительного органа, – обыденное дело.
Так, в ходе существования общества с ограниченной ответственностью на место учредителей могут заступить другие лица, причем оно может впоследствии стать обществом с одним участником. Однако по смыслу п. 2 ст. 26 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» категорически неприемлемы ситуации, когда общество вовсе остается без участников, хотя бы и на короткое время. Аналогичного жесткого требования на случай временного отсутствия у общества с ограниченной ответственностью лица, выполняющего функции единоличного исполнительного органа, законодательство не содержит.
Содержание договора об имущественном обособлении напрямую зависит от организационно-правовой формы обособляемого юридического лица.
Наиболее простым оказывается договор об имущественном обособлении не имеющей членства некоммерческой организации, включая государственное (муниципальное) и частное учреждение. Подобный договор включает следующие обязательственные связи: 1) обязанность юридического лица содействовать в необходимых случаях учредителям (участникам) в осуществлении ими управленческих полномочий с корреспондирующим с данной обязанностью правом учредителей (участников) требовать такого содействия; 2) обязанность учредителей (участников) действовать при осуществлении управленческих полномочий добросовестно и разумно.
Применительно к юридическим лицам других организационно-правовых форм содержание договора об имущественном обособлении дополняется иными элементами.
Так, в договор об имущественном обособлении коммерческой организации и имеющей членство некоммерческой организации входит обязательство учредителей (участников) по имущественному предоставлению в пользу юридического лица. Кроме того, как утверждает В.В. Груздев, «договор об имущественном обособлении коммерческой организации, а также ряда некоммерческих организаций (потребительского кооператива, ассоциации или союза, некоммерческого партнерства) составляет условное обязательство юридического лица по имущественному предоставлению в пользу его участников» .
Особым содержанием характеризуется договор об имущественном обособлении корпоративного юридического лица. Обязательным элементом указанного договора выступает условное обязательство юридического лица по передаче имущества участникам (в виде части прибыли, ликвидационной квоты, услуг и т.п.), причем данное обязательство принципиально допускает множественность лиц на стороне кредитора.
Следовательно, корпоративной юридической связью следует считать внутриорганизационное правоотношение из договора об имущественном обособлении, который на стороне учредителя может заключаться несколькими лицами, порождая у них общее право требовать от корпорации соразмерно принадлежащим долям и при наступлении известных условий передачи имущества.
Таким образом, имущественная обособленность юридического лица выражается в наличии между ним и его учредителями (участниками) договорного отношения по осуществлению управленческих полномочий. Без имущества в виде субъективных гражданских прав и обязанностей во внутриорганизационной обязательственной связи, производящей управленческие полномочия учредителей (участников) и поэтому конститутивной для производной личности, возникновение и дальнейшее существование юридического лица принципиально исключается. Как следствие, исключается возможность приобретения несуществующим субъектом другого имущества, в том числе выступающего объектом вещных прав. В этой связи именно обособленность юридического лица в виде имущественных прав и обязанностей служит необходимой предпосылкой его участия в гражданском обороте.
В момент государственной регистрации, к которому действующим российским законодательством приурочено возникновение у юридического лица правоспособности (т.е. облечение волевой способности в правовую форму), приобретает силу договор об имущественном обособлении данного лица, и последнее становится носителем обособленного имущества, а именно имущественных прав и обязанностей в рамках внутриорганизационного правоотношения. В дальнейшем, действуя как уже имущественно обособленный субъект, юридическое лицо приобретает иное имущество, включая индивидуально-определенные вещи и обязательственные права по договору банковского счета (безналичные денежные средства). Начинается следующая стадия имущественного становления юридического лица – накопление имущества с целью его последующего использования по определенному назначению (распределению среди участников, направлению на идеальные цели и т.п.).
Из действующей редакции п. 1 ст. 48 ГК РФ вытекает, что к числу юридических лиц относятся только те организации, которые имеют обособленное имущество в виде начального (стартового) капитала.
Между тем, многие разновидности юридического лица таким имуществом в момент своего создания не обладают. В действительности термин «организация» сам по себе указывает на имущественную обособленность юридического лица, поскольку свидетельствует о наличии у него внутриорганизационных имущественных прав и обязанностей. Поэтому во избежание теоретических и практических недоразумений п. 1 ст. 48 ГК РФ целесообразно изложить в следующей редакции: «Юридическим лицом признается организация, которая и отвечает им по своим обязательствам, может от своего имени приобретать и осуществлять гражданские права и нести гражданские обязанности, быть истцом и ответчиком в суде».

2.3. Самостоятельная имущественная ответственность по своим обязательствам

Самостоятельная имущественная ответственность как признак юридического лица является следствием его имущественной обособленности. По своим долгам юридическое лицо обязано отвечать принадлежащим ему имуществом.
Самостоятельная имущественная ответственность юридического лица перед кредиторами юридического лица играет важнейшую роль в гражданско-правовых отношениях, поскольку направлена на достижение справедливого баланса интересов между учредителями (участниками) юридических лиц, самими юридическими лицами, членами их органов управления и кредиторами юридического лица в связи с выступлением юридического лица в гражданском обороте.
По общему правилу, учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника. Данная норма закреплена ч. 2 ст. 56 ГК РФ. Ответственность участников ограничивается лишь размером вклада, внесенного в уставный капитал или имущество общества. Но в данном случае речь идет об экономических рисках учредителей юридического лица, поскольку собственником имущества, внесенного в уставный капитал, является юридическое лицо и говорить о юридической ответственности участников в пределах внесенного вклада некорректно. Поэтому в законодательстве чаще всего говорится о том, что участники несут не ответственность, а риск убытков в пределах стоимости внесенных вкладов.
Раздельная имущественная ответственность юридического лица и его участников (собственника имущества) по своим обязательствам вытекает из основополагающего принципа гражданского права, суть которого – «последовательное отделение юридической личности (самостоятельной правосубъектности) и имущества корпорации от личности и имущества ее участников («принцип отделения»)» .
Итак, в ст. 56 ГК РФ закреплено общее правило о том, что юридическое лицо отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом. В ч. 2 п. 1 ст. 56 ГК РФ сделаны отсылки к положениям главы 4 ГК РФ, определяющим: особенности ответственности казенного предприятия и учреждения по своим обязательствам – это положения ч. 3 п. 6 ст. 113, п. 3 ст. 123.21, п. 3-6 ст. 123.22 и п. 2 ст. 123.23; особенности ответственности религиозной организации – это положения п. 2 ст. 123.28.
Пункт 2 ст. 56 ГК РФ закрепляет общие правила об отсутствии, с одной стороны, ответственности учредителя (участника) юридического лица или собственника его имущества по обязательствам юридического лица, и, с другой стороны, ответственности юридического лица по обязательствам учредителя (участника) или собственника. При этом предусмотрено, что исключения из данных правил устанавливаются ГК РФ и другими законами. Они обусловлены либо «особенностями организационно-правовой формы юридического лица, либо особыми обстоятельствами, носящими экстраординарный характер» .
Непосредственно положениями главы 4 ГК РФ предусмотрены следующие исключения, о которых говорится в п. 2 ст. 56 ГК РФ:
– члены крестьянского (фермерского) хозяйства, созданного в качестве юридического лица, несут по обязательствам крестьянского (фермерского) хозяйства субсидиарную ответственность (ч. 2 п. 4 ст. 86.1);
– члены производственного кооператива несут по обязательствам кооператива субсидиарную ответственность в размерах и в порядке, которые предусмотрены законом о производственных кооперативах и уставом кооператива (п. 2 ст. 106.1);
– собственник имущества унитарного предприятия, за исключением собственника имущества казенного предприятия, не отвечает по обязательствам своего унитарного предприятия. Собственник имущества казенного предприятия несет субсидиарную ответственность по обязательствам такого предприятия при недостаточности его имущества (ч. 3 п. 6 ст. 113);
– члены потребительского кооператива солидарно несут субсидиарную ответственность по его обязательствам в пределах невнесенной части дополнительного взноса каждого из членов кооператива (п. 2 ст. 123.3);
– учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами, а в случаях, установленных законом, также иным имуществом. При недостаточности указанных денежных средств или имущества субсидиарную ответственность по обязательствам учреждения в случаях, предусмотренных пунктами 4-6 ст. 123.22 и пунктом 2 ст. 123.23 ГК РФ, несет собственник соответствующего имущества (п. 3 ст. 123.21).
В законодательстве установлены и иные случаи привлечения учредителей и других лиц к ответственности по долгам юридического лица перед кредиторами независимо от того, несут ли они в силу закона или учредительных документов дополнительную ответственность. Речь идет о доктрине «снятия корпоративных покровов», или «прокалывании корпоративной вуали» (Piercing the Corporate Veil). «Снятие корпоративных покровов» представляет собой игнорирование юридической самостоятельности юридического лица и может проявляться в привлечении к ответственности по долгам юридического лица его участников, или менеджеров, или иных лиц, контролирующих юридическое лицо, за счет их личного имущества . Таким образом, эта доктрина защищает интересы кредиторов юридического лица.
В то же время «снятие корпоративных покровов» является средством защиты кредиторов от явных злоупотреблений со стороны учредителей юридических лиц. По общему правилу в условиях обычного делового оборота и в пределах обычного предпринимательского риска кредиторы гарантированы имуществом самого юридического лица, а также дополнительной ответственностью участников (учредителей). При недостаточности имущества юридического лица оно подлежит ликвидации, а требования кредиторов погашаются. В этом и заключается гражданско-правовой смысл конструкции юридического лица, призванного защитить личное имущество учредителей от возможных притязаний кредиторов за результаты деятельности юридического лица.
Только в экстраординарной ситуации, когда действия учредителей или иных лиц, стоящих за юридическим лицом, носили характер явных злоупотреблений, направленных на причинение убытков кредиторам, допустимо привлекать их к ответственности по долгам юридического лица.
В российском гражданском законодательстве случаи «снятия корпоративных покровов» немногочисленны. Одним из таких случаев, применимым ко всем организационно-правовым формам юридического лица, является возможность привлечения к ответственности иных лиц при банкротстве юридического лица.
В п. 4 – 9 ст. 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусматривается возможность привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц. В этом Законе дано понятие контролирующих лиц. К ним, в частности, отнесены также лица, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника. Если не доказано иное, предполагается, что указанные лица виновны в признании должника банкротом, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством РФ, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информации об объектах, предусмотренных законодательством РФ, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством РФ, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы .
Еще одним основанием привлечения любых контролирующих должника лиц в ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» названо причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения контролирующим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника. Необходимым условием привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности является его вина. Вина контролирующего лица отсутствует, если оно докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника. При привлечении к ответственности нескольких контролирующих лиц они отвечают солидарно.
Согласно п. 9 ст. 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих лиц не препятствует предъявлению требований учредителями (участниками) должника о возмещении убытков органами юридического лица, в части, не покрытой размером субсидиарной ответственности. Денежные средства, взысканные с контролирующих должника лиц, а также с лиц, входящих в органы управления юридическим лицом, поступают в конкурсную массу.
Данные нормы ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», как представляется, являются оправданными и выражают оптимальный баланс интересов между участниками юридического лица, юридическим лицом и его кредиторами. Именно при банкротстве юридического лица, возникшем по вине участников или иных лиц, справедливо привлекать к субсидиарной ответственности лиц, ответственных за банкротство. Привлечение к дополнительной ответственности учредителей в процессе деятельности юридического лица, даже если учредители виновны в причинении убытков кредиторам, сводит на нет саму конструкцию юридического лица, которое и должно отвечать перед кредиторами своим имуществом. Пока юридическое лицо существует и у него имеется имущество, этим имуществом и должны гарантироваться интересы кредиторов. Если же имущества юридического лица недостаточно для покрытия убытков кредиторов, юридическое лицо подлежит ликвидации в процессе банкротства, и только в этом случае должна наступать субсидиарная ответственность лиц, виновных в банкротстве юридического лица.
Как представляется, доктрина «снятия корпоративных покровов» не должна иметь места, если юридическое лицо существует и действует. Даже если действия каких-либо лиц, стоящих за юридическим лицом (учредителей, иных лиц, определяющих действия юридического лица), привели к возникновению у кредиторов юридического лица убытков, эти убытки следует покрывать за счет имущества самого юридического лица, а не его учредителей или иных лиц, стоящих за юридическим лицом. Только когда юридическое лицо прекращает существование или фактически не действует (является фирмой-»однодневкой») и налицо злоупотребления учредителей, приведшие к причинению кредиторам убытков, возможно применять доктрину «снятия корпоративных покровов» .
Единственным обстоятельством, которое могло бы оправдать возможность привлечения к ответственности учредителей в процессе деятельности юридического лица, является отсутствие в законодательстве требований к уставному капиталу юридического лица, гарантирующему интересы кредиторов. Но эти случаи законодателем уже учтены, и, когда требования к уставному капиталу не установлены, учредитель, как правило, привлекается к ответственности по долгам юридического лица (например, субсидиарная ответственность собственника по долгам учреждения, субсидиарная ответственность участников полного товарищества и т.п.). В условиях, когда интересы кредиторов гарантированы уставным капиталом, привлечение к ответственности учредителей и иных лиц в процессе деятельности юридического лица является грубым нарушением «принципа отделения» юридического лица от его участников и ведет, по существу, к отрицанию самой категории юридического лица.

2.4. Участие в гражданском обороте от своего имени

Обособленность имущества и самостоятельная имущественная ответственность обусловливают наличие у юридического лица еще одного признака – выступление в гражданском обороте от своего имени, в том числе возможность быть истцом и ответчиком в суде. Участники имущественных отношений должны точно знать, кому принадлежат те или иные права, на ком лежит та или иная обязанность. Для этого установлено правило, что юридические лица должны действовать от своего имени. Наименование юридического лица устанавливается при его создании. В наименовании юридического лица должно содержаться указание на его организационно-правовую форму (ч.1 ст. 54 ГК РФ).
Для юридических лиц наиболее типичным вариантом приобретения и осуществления имущественных и личных неимущественных прав и несения обязанностей является заключение от своего имени гражданско-правовых договоров (купли-продажи, поставки, перевозки, займа, аренды, подряда и др.).
У юридических лиц права и обязанности могут возникать, изменяться или прекращаться из решений собраний в случаях, предусмотренных законом. Данное основание было введено ФЗ от 30 декабря 2012 г. № 302-ФЗ . При этом юридические последствия может порождать решение не любого собрания, а только такого, за которым законом признается компетенция принимать решение. Как правило, это связано с тем, что образуется гражданско-правовое сообщество, призванное решать определенные задачи. В настоящее время наиболее практически значимыми являются следующие виды решений: 1) решения коллегиальных органов управления юридического лица (собраний участников, советов директоров и др.); 2) решения собраний кредиторов при банкротстве; 3) решения собственников общего имущества в многоквартирном доме; 4) решения участников общей долевой собственности на земельные паи; 5) решения общих собраний членов потребительских кооперативов .
Права и обязанности У юридических лиц могут возникать, изменяться или прекращаться в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом. Например, право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную юридическим лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается юридическим лицом; право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено юридическим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Гражданские правоотношения у юридического лица могут возникать, изменяться или прекращаться в результате создания произведений науки, литературы, искусства, изобретений и иных результатов интеллектуальной деятельности, а также вследствие причинения вреда другому лицу, вследствие неосновательного обогащения.
Возможность приобретать и осуществлять гражданские права и нести обязанности неразрывно связана с наличием способов защиты этих прав. В юридической науке не сформулировано единого понятия «защита гражданских прав». В исследованиях ученых преобладала точка зрения о защите как о процессуальной правоохранительной деятельности, осуществляемой исключительно уполномоченными государственными органами в рамках охранительных правоотношений .
Ряд исследователей определяют защиту как предусмотренную законом систему мер для борьбы с правонарушениями («теория мер»), как возможность применения специальных мер, предусмотренных законом для борьбы с правонарушениями, опирающихся на государственное принуждение и направленных на обеспечение неприкосновенности права и ликвидацию его нарушения; совокупность мер правоохранительного характера, направленных на применение в отношении правонарушителя принудительного воздействия в целях признания или восстановления оспариваемого или нарушенного права .
Изложенные точки зрения несколько уменьшают объем и содержание понятия «защита», необоснованно исключают из его содержания фактические и юридические действия самого юридического лица по самозащите своих нарушенных (нарушаемых), оспариваемых прав без обращения к иным субъектам защиты, применение им в процессе самозащиты разрешенных законом правовых способов и средств, возможность обращения в государственный или иной правозащитный орган, не указывают на цели правовой защиты: предупреждение вероятных правонарушений, подтверждение (признание) оспариваемого права, пресечение продолжаемого гражданского правонарушения.

Доступа нет, контент закрыт

Глава 3. Проблемные аспекты создания, реорганизации и ликвидации юридических лиц: пути решения

3.1. Проблемные аспекты создания юридических лиц

3.2. Проблемные аспекты реорганизации и ликвидации юридических лиц

3.1. Проблемные аспекты создания юридических лиц

Юридические лица образуются либо путем создания вновь, либо в результате реорганизации.
Они создаются по воле их учредителей: т.е. либо по воле собственника (например, унитарные предприятия и учреждения), либо по воле их будущих членов (например, хозяйственные товарищества и общества), либо по воле тех учредителей, которые вносят имущественные вклады, не принимая затем участия в их деятельности (например, фонды).
Государство осуществляет контроль за созданием юридических лиц путем их государственной регистрации.
ФЗ от 5 мая 2014 г. установлены универсальные правила, касающиеся решения о создании юридического лица. Специальные нормы относительно решений о создании отдельных видов организаций могут быть предусмотрены законами.
В том случае если учредителей двое или более, ими единогласно должно быть принято решение о создании юридического лица (абз. 2 п. 2 ст. 50.1 ГК РФ). В таком решении о создании обязательно необходимо указывать следующие сведения:
– об учреждении юридического лица;
– об утверждении его устава;
– о порядке, способах, размере и сроках образования его имущества;
– о назначении (избрании) его органов.
При принятии решения о создании организации корпоративного типа, которая на началах членства основана, то в этом решении указываются также сведения о результатах голосования учредителей по вопросам учреждения юридического лица и о порядке совместной деятельности учредителей по созданию юридического лица.
Для третьих лиц изменения устава приобретают силу с момента государственной регистрации таких изменений, а в предусмотренных законом случаях – с момента уведомления осуществляющего государственную регистрацию органа об изменениях. Юридические лица, а также их учредители (участники) в отношениях с третьими лицами, действовавшими с учетом этих изменений, не имеют право ссылаться на отсутствие регистрации таких изменений.
Единственным учредительным документом любого юридического лица, по общему правилу, является устав. Хозяйственные товарищества, однако, действуют на основе учредительного договора, который как указано в п. 1 ст. 52 ГК РФ, имеет юридическую силу устава. Введение положения об одном учредительном документе организации (уставе) призвано, как предполагается, ускорить процедуру государственной регистрации юридических лиц.
При создании юридических лиц могут использоваться типовые уставы (п. 2 ст. 52 ГК РФ). Формы типовых уставов утверждаются уполномоченным государственным органом в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц .
В нашей стране сложилась нормативно-явочная процедура создания юридических лиц, в первую очередь коммерческих организаций, при которой успешно сбалансированы частные и публичные усилия и интересы. Государство определяет исчерпывающий перечень организационно-правовых форм коммерческих организаций, закрепляет соответствующие требования к составу и числу учредителей, учредительным документам, формированию имущества и т.п.
Далее дело за учредителями. Выбрав соответствующую их деловым интересам форму юридического лица, они придают ей индивидуальные особенности, формируют будущую структуру, конкретизируют цели и виды деятельности. После этого государство в лице регистрирующего органа фиксирует новую организацию в специализированном и открытом реестре, с тем чтобы можно было точно знать момент создания, чтобы обеспечить необходимой информацией о созданном лице иных участников правовых отношений.
Идея паритетного сочетания частных и публичных начал при образовании юридических лиц реализована в нормах ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей». Данный закон, во многом упростил процедуру создания, сделал ее понятной и прозрачной, снял ярко выраженную коррупционную составляющую. Трудно недооценить и преимущества Единого государственного реестра юридических лиц.
При этом ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» имеет и ряд недостатков, которые условно можно разделить на две группы.
Первая группа «недостатков» связывается с самой предложенной законодателем моделью государственной регистрации, а вторая – с действиями регистрирующего органа, который, несмотря и вопреки нормам закона, отказывает в регистрации вновь образующихся юридических лиц.
Проанализируем эти группы в отдельности.
ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» по праву может считаться одним из наиболее либеральных, предусмотренный им порядок регистрации отвечает самым современным началам экономики и права. Это проявляется, во-первых, в возложении всей ответственности за создание новых юридических лиц на учредителей. Учредители должны составить все документы будущего юридического лица, представить в регистрирующий орган необходимые сведения, за достоверность и точность которых они отвечают.
Во-вторых, в минимизации полномочий регистрирующего органа, сведении их только к принятию документов в соответствии с их исчерпывающим перечнем, выдаче расписки, внесении сведений в ЕГРЮЛ и выдаче свидетельства о государственной регистрации в течение 5 рабочих дней. Если прибавить к этому исчерпывающий и очень формальный список оснований для отказа в регистрации, то получится прозрачная процедура, где коррупции не место.
В литературе высказываются такие аргументы против закрепленной модели регистрации:
– регистрирующий орган должен иметь возможность проводить правовую экспертизу учредительных и иных представленных документов;
– необходимо проверять сведения, указанные в заявлении, на предмет их достоверности и при необходимости требовать дополнительные документы, подтверждающие соответствующие сведения;
– нужно расширить перечень оснований для отказа в государственной регистрации .
Цель таких нововведений, очевидно, благая. Озвучивают ее примерно так: государство должно сделать все, чтобы сведения в реестре были стопроцентно истинные, чтобы не обманывались контрагенты, следует исключить возможность создания «одноразовых» юридических лиц.
Всякое разрастание компетенции регистрирующего органа с необходимостью приводит к необъективным препятствиям в создании новых хозяйствующих субъектов, что не просто вредит конкуренции, но создает условия для коррупции. В частности, специалисты отмечают, что «это приводит к тому, что в разных субъектах РФ налоговыми органами предъявляются требования, не соответствующие указанным в Законе и не позволяющие легко и просто открыть свое дело» .
Думается, в экспертизе учредительных документов нет необходимости. Ее проведение потребует увеличения штата регистрирующего органа, обязательности юридического образования для его служащих, приведет к увеличению сроков регистрации, увеличит нагрузку на суды в связи с обжалованием отказов в регистрации несогласными с экспертизой заявителями.
Ответственность и риск учредителей за достоверность и точность сведений о создаваемом ими лице, за грамотность их уставов проявляются через вполне рыночные механизмы. Если их партнеры, настоящие или будущие, усомнятся в правдивости сведений, усмотрят незаконность учредительных документов, то само юридическое лицо будет заинтересовано в быстром изменении таких несоответствий, иначе рискует деловыми связями, выгодными сделками.
ФЗ от 28 июня 2013 г. № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в части противодействия незаконным финансовым операциям» ст. 51 ГК РФ о государственной регистрации юридических лиц была изложена в новой редакции. В частности, включены такие нормы:
а) ч. 3 ст. 51: «До государственной регистрации юридического лица… государственный орган обязан провести в порядке и срок, которые предусмотрены законом, проверку достоверности данных, включаемых в реестр»;
б) ч. 6 ст. 51: «Государственная регистрация юридического лица может быть признана недействительной судом в связи с допущенными при его создании грубыми нарушениями Закона, если эти нарушения носят неустранимый характер».
Видно, что государство усиливает долю своего участия в нормативно-явочной процедуре, берет на себя проведение действий по предварительному контролю за созданием юридического лица в виде проверки достоверности сведений, которые будут представлены учредителями для регистрации вновь образуемого юридического лица.
Думается, что задача эта будет решаться при помощи традиционных для нашего государства способов: от учредителей станут требовать массу дополнительных документов, что разрушит «исчерпывающий перечень», как следствие – регистрирующий орган будет сам определять требования к указанным документам, проверять их достоверность, подлинность, достаточность.
Любопытно мнение американского юриста профессора А. Хита о новеллах в ГК РФ, которое отражает взгляд со стороны на реформы правового регулирования юридических лиц. Он полагает, что иностранные инвесторы «скептически относятся к беспристрастности рассмотрения в государственных учреждениях документации на регистрацию юридических лиц… Везде поправки подчеркивают активную «расследовательскую» роль соответствующих государственных органов». И далее: «…кроме того, слишком жесткие бюрократические процедуры регистрации могут создавать возможность коррупции» .
Отдельно нужно обсудить новеллу, касающуюся возможности признать недействительной государственную регистрацию юридического лица в судебном порядке при допущенных грубых и неустранимых нарушениях при создании.
Такое нововведение вызывает много вопросов, начиная с вопроса о том, каковы критерии «грубости», «неустранимости» нарушений, далее – как регистрирующий орган при возросшей компетенции по контролю может пропустить такие грубые нарушения и заканчивая острейшим вопросом последствий такой недействительности для юридического лица и его контрагентов.
Последствия видятся довольно противоречивыми, если учесть, что ч. 3 ст. 61 ГК РФ предусматривает в качестве основания ликвидации юридического лица в судебном порядке признание государственной регистрации юридического лица недействительной.
В то же время в ГК РФ предусмотрены и новеллы иного направления, свидетельствующие об усилении ответственности и рисков создаваемого юридического лица за недостоверность сведений о них в ЕГРЮЛ (ч. 2 ст. 51, ч. 2 ст. 54), представляющиеся цивилизованными и отвечающими природе гражданского оборота.
Теперь перейдем к анализу второй группы недосьтатков существующей в России действующей моделью регистрации юридических лиц, а именно к искажающим законодательные нормы действиям регистрирующего органа.
Если одним предложением охарактеризовать поведение регистрирующего органа, то выйдет следующее: он явно переоценивает свою роль в процессе создания юридических лиц и превышает полномочия, предоставленные ему законодателем. Выражается это:
– в затребовании дополнительных документов по отношению к установленному в законе исчерпывающему перечню;
– в проводимой, несмотря на прямой запрет, экспертизе учредительных документов и сведений в заявлении, указанных учредителями;
– в необоснованном отказе в государственной регистрации юридических лиц.
Данные действия регистрирующего органа чаще всего совершаются в совокупности.
Самым распространенным в практике государственной регистрации дополнительным документом, который требуют приложить к пакету документов при создании юридического лица, является гарантийное письмо о будущем праве на помещение, адрес которого указан в качестве места нахождения юридического лица. Природа данного документа не поддается квалификации: это одностороннее действие физического или юридического лица, выражающее его намерение в будущем предоставить какое-либо право на принадлежащее ему помещение еще не существующему (не созданному) субъекту.
Составление гарантийного письма может усложнить процедуру создания (и то в незначительной мере) только для добросовестных учредителей, для недобросовестных, так называемых фирм-однодневок, составить этот ни к чему не обязывающий документ не вызовет затруднений.
У регистрирующего органа на современном этапе нет оснований требовать подтверждения прав на помещение, которое указано в заявлении о создании как адрес места нахождения, как нет и полномочий проверки этих сведений иным путем. Однако этой практике в немалой степени способствуют суды, которые понимают под искажениями, а следовательно, под недостоверными сведениями указание на жилое помещение, права на которое заявителю не принадлежат ; отсутствие договора аренды у заявителя на право пользования помещением по указанному адресу ; указание на помещение, которое используется другим юридическим лицом и не может быть передано в аренду .
Думается, что оправданно было бы исходить из назначения категории «местонахождение» юридического лица исключительно как формально-юридического свойства, принимать на веру данные о таком адресе и рассматривать его как способ почтового сообщения с юридическим лицом.
Следует констатировать, что действия регистрирующего органа, выражающиеся в итоге в необоснованном отказе в государственной регистрации, крайне редко являются предметом судебного обжалования.
Зачастую, Федеральная налоговая служба, приняв документы от заявителя и выдав ему расписку, отказывает в регистрации в связи с непредставлением указанного в расписке документа. При этом логика следующая: заявитель представил устав, который, по мнению регистрирующего органа, в чем-то не соответствует закону, следовательно, это не устав и он не представлен. Что-то иезуитское есть в таких рассуждениях. Если добавить к сказанному, что законом прямо запрещена правовая экспертиза поданных документов, и отсутствует такое основание для отказа в государственной регистрации, то ситуация становится неправовой.
Единственное средство влияния на позицию регистрирующего органа – обжалование незаконного отказа в государственной регистрации. Необходимо сказать, что данное средство применяется в настоящее время нечасто, поскольку сроки судебного обжалования на порядок больше пятидневного срока регистрации. Учредители предпочитают выполнить незаконные требования налоговой службы, но в короткие сроки зарегистрировать юридическое лицо, чем добиваться правды в суде. Тем более позиция судов нередко совпадает с позицией регистрирующего органа, ориентируясь все на ту же целесообразность, но не на законность.
Одной из первоочередных задач является установление в процессуальных кодексах сокращенных сроков рассмотрения заявлений о незаконных отказах в регистрации юридических лиц, сопоставимых с пятидневным сроком самой регистрации.

3.2. Проблемные аспекты реорганизации и ликвидации юридических лиц

Нормы о реорганизации юридического лица являются предметом изучения многих ученых-цивилистов. Особое внимание им уделяется и со стороны законодателя, поскольку, как показывает практика, они нуждаются в дополнительной разработке и совершенствовании. Большинство вопросов, касающихся процедуры, способов и видов реорганизации, доктринально исследованы достаточно детально.
Примечательно, что больше внимания уделено защите прав кредиторов, тогда как само юридическое лицо, его участники в процессе реорганизации не рассматриваются, хотя защита их прав является не менее важной.
5 мая 2014 г. был принят ФЗ № 99-ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса РФ и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов РФ», которым были внесены значительные изменения в порядок реорганизации юридических лиц. Данные изменения вступили в силу с 1 сентября 2014 года.
Как представляется, на сегодняшний день вопросы правового регулирования реорганизации актуальны в связи с тем, что эффективная интеграция в глобальную инновационную систему, к которой стремится российская экономика, предполагает, в частности, содействие повышению капитализации национальных высокотехнологичных компаний, стимулирование их консолидации, укрупнение . Поэтому, например, приоритетным направлением государственной политики в различных областях (промышленности, страховании, в сфере финансовых услуг, поставки энергии) является создание объединенных корпораций.
Понятие реорганизации юридических лиц на сегодняшний день не только не выработано, но нет даже единого направления для его определения.
ГК РФ также не содержит определения понятия «реорганизация юридического лица», однако в ст. 57 ГК РФ перечисляются возможные формы реорганизации (слияние, присоединение, разделение, выделение, преобразование).
Ученые-цивилисты на протяжении долгого времени предпринимают попытки дать научное определение термину «реорганизация юридических лиц», изучая процесс создания юридических лиц при реорганизации с помощью различных конструкций, таких как сравнение формы и процедуры, наличие правопреемства при переходе имущественной массы в результате реорганизации и др.
Можно отметить, что реорганизация представляет собой процесс прекращения юридических лиц. Однако важно отметить, что целью проводимой реорганизации прекращение юридического лица не является.
Реорганизация осуществляется в строго установленном законом порядке, поэтому правопреемство наступает только при наличии предусмотренного законом состава юридических фактов. Отсутствие при этом хотя бы одного из элементов процедуру реорганизации завершить не позволит, а значит, не произойдет изменений субъектного состава правоотношений с участием реорганизуемых юридических лиц.
Итак, реорганизация юридического лица является действенным инструментом оптимизации бизнес-процессов и организационной структуры. В этом заключается ее безусловная деловая цель, которая должна наглядно прослеживаться из фактически совершаемых действий и принимаемых решений.
Реорганизация является совокупностью последовательных взаимосвязанных мероприятий, направленных на достижение общей деловой цели. Поэтому ее можно рассматривать как самостоятельный проект. Для достижения поставленной цели и оптимизации трудовых и временных ресурсов целесообразно разработать, утвердить и последовательно реализовать план основных мероприятий, который поможет соблюсти сроки, установленные, например, гражданским и налоговым законодательством для исполнения тех или иных обязанностей. В указанный план должны включаться действия и мероприятия, которые последовательно или совместно совершаются работниками конкретных подразделений общества. К ним, в частности, целесообразно отнести:
– формирование инвентаризационной комиссии и проведение инвентаризации имущества и обязательств реорганизуемого общества. При этом необходимо также провести сверку по платежам с налоговыми органами и органами, осуществляющими контроль за уплатой страховых взносов;
– подготовку проекта передаточного акта;
– проведение анализа возможных налоговых рисков.
При рассмотрении сущности реорганизации юридических лиц исследователи зачастую сосредоточивают свое внимание на понятии и природе реорганизации, порядке проведения процедур реорганизации, правопреемстве при реорганизации, защите прав кредиторов реорганизуемого лица. Однако вопросы договоров о слиянии и присоединении (договоры о реорганизации юридического лица) остаются, как правило, за рамками интересов ученых.
Необходимо отметить, что реорганизация не отождествляется ни с договором о реорганизации, ни со сделкой. Таким образом, договор о реорганизации следует рассматривать как часть сложного юридического состава, приводящего к реорганизации юридического лица. Договоры о реорганизации можно фактически отнести к договорам о создании юридических лиц. При этом, поскольку реорганизация в форме присоединения рассматривается как частный случай слияния, к договору о присоединении, как представляется, применимы правила и выводы в отношении договора о слиянии.
Верной представляется позиция П.А. Маркова, в соответствии с которой договор о реорганизации при этом не является учредительным документом юридического лица . В особенности в связи с принятым курсом на сохранение статуса учредительного документа только за уставом основного числа организационно-правовых форм юридических лиц. Следовательно, утверждает Ю.С. Харитонова, нельзя утверждать, что договор о реорганизации определяет правосубъектность юридического лица.
Судебная практика в последнее время склоняется не признавать реорганизацию сделкой. Правда, анализ ряда судебных решений показывает обратное . Также в последнее время судами не признается сделкой решение общего собрания акционеров, так как на основании ст. 153 ГК РФ решение органа управления коммерческой организации – это не сделка, а специальное основание для возникновения гражданских прав и обязанностей.
Несмотря на то, что законодательно закреплена обязанность суда наложить солидарную ответственность на других правопреемников при нарушении принципа справедливого распределения активов и обязательств между правопреемниками, на практике принцип «равновесия» может быть соблюден лишь формально, а степень «справедливости» в отношении реорганизации законодательно не разъяснена. Таким образом, вне зависимости от избранной формы реорганизации существует опасность признания ее недействительной.
Кроме того, законодательно не урегулированы последствия совершения сделок после реорганизации, если впоследствии она будет признана недействительной, и порядок восстановления прав лиц, чьи права были нарушены этой процедурой.
Выбор формы реорганизации – ответственное решение, так как оно может повлиять на стабильность финансового состояния компании, правопреемство по всему комплексу прав и обязанностей, договорные связи. К тому же это может ускорить экономические процессы и реализацию интересов хозяйственных обществ или, наоборот, привести компанию к банкротству.
Реорганизация юридического лица согласно ст. 57 ГК РФ осуществляется в таких формах, как:
– слияния. Оно предполагает участие в процедуре не менее двух юридических лиц, которые образуют новый субъект и прекращают свою деятельность;
– присоединения. Одно или несколько юридических лиц присоединяются к одному субъекту. Присоединяющиеся организации прекращают свою деятельность. Организация, к которой присоединяются, сохраняет свой правовой статус, получив дополнительное имущество и обязательства присоединенных организаций;
– разделения. Поскольку юридическое лицо представляет собой имущественный комплекс, то данная форма реорганизации связана с разделением одного субъекта на несколько вновь образованных субъектов и передачей им имущества реорганизованного субъекта. Разделяемое юридическое лицо прекращает свое существование;
– выделения. Оно предполагает образование одного или нескольких новых субъектов с сохранением правосубъектности прежнего юридического лица. Каждому из вновь образованных юридических лиц передается часть имущества и обязательств организации, из состава которой производится выделение;
– преобразования. Оно позволяет сохранить правосубъектность действующего юридического лица с изменением его правового статуса.
Реорганизация осуществляется на основании решения учредителей юридического лица или всех организаций, принимающих участие в той или иной форме реорганизации. Решение может быть принято как каждым субъектом в отдельности, так и в форме общего решения учредителей всех реорганизуемых субъектов.
Новеллой реорганизационной процедуры является возможность участия в ней юридических лиц различных организационно-правовых форм, что ранее было недопустимым. Указанное правило в значительной степени расширяет свободу деятельности учредителей юридического лица в части определения его дальнейшей «юридической судьбы» .
Реорганизация субъектов с различными организационно-правовыми формами способствует оптимизации предпринимательской деятельности с учетом ее эффективности и целесообразности, оцениваемых учредителями (участниками) конкретного субъекта по своему усмотрению. В ряде случае учредители на момент образования юридического лица не всегда могут выбрать его оптимально объективную и необходимую организационно-правовую форму. Статья 57 ГК РФ позволяет изменить эту форму в рамках реорганизационных процедур уже в процессе деятельности организации, в том числе с учетом основных направлений этой деятельности.
Реорганизация может быть произведена:
– с сочетанием нескольких форм реорганизации;
– с участием нескольких юридических лиц разных организационно-правовых форм.
В процессе реорганизации могут быть изменены:
– организационно-правовая форма юридического лица;
– вид юридического лица и основные цели его деятельности, т.е. коммерческая организация может быть реорганизована в некоммерческую и т.п.
Реорганизация юридического лица может осуществляться:
– по решению уполномоченного органа государственной власти;
– с согласия уполномоченного органа государственной власти;
– по решению суда – как правило, роль суда ограничивается утверждением соответствующего решения учредителей в случае его оспаривания либо признания самой реорганизации действительной либо ее отмене;
– решение органа государственной власти о реорганизации или о даче согласия на ее проведение в большинстве своем реализуется лишь в отношении субъектов, доля в уставном капитале которых принадлежит РФ, ее субъекту или муниципальному образованию. На организации, находящиеся исключительно в частной собственности, данное правило не распространяется.
Правовой статус реорганизованных субъектов возникает только с момента государственной регистрации соответствующего факта – с момента направления регистрирующему органу уведомления о реорганизации. Исключение составляет присоединение, в рамках которого правовой статус сохраняет лишь одно юридическое лицо, а права, обязанности, имущество и ответственность иных субъектов переходит к данному правопреемнику. Утрата правосубъектности присоединяемыми организациями происходит лишь после завершения реорганизации.
Неисполнение уполномоченными субъектами обязанностей по реорганизации юридического лица влечет за собой привлечение арбитражного управляющего – независимого лица, в обязанности которого вменяется реализация юридически значимых действий по проведению реорганизационных процедур. В отличие от ранее действовавших норм, ст. 57 ГК РФ определяет, что указанное независимое лицо выступает именно в качестве арбитражного управляющего, а не внешнего управляющего (как это было раньше). При этом статус арбитражного управляющего определяется решением суда применительно к каждой проводимой процедуре реорганизации. Отсутствие зависимости между утверждением арбитражного управляющего и проводимой реорганизационной процедурой позволяет достичь ее целей во всех случаях принятия уполномоченными субъектами решения о реорганизации юридического лица .
При реорганизации юридических лиц происходит правопреемство, которое понимается как переход прав и обязанностей от одного лица к другому непосредственно в силу закона или соглашения. При правопреемстве, как отмечает Д.В. Носов, «происходит изменение субъекта (одной из сторон) правоотношения путем его замены надругого субъекта, обладающего необходимым для участия в правоотношении объемом правоспособности, что влечет за собой изменение (но не прекращение) правоотношения» .
В ГК РФ подробно урегулированы вопросы предоставления гарантий кредиторам реорганизуемого юридического лица (ст. 60 ГК РФ). Установлена солидарная ответственность вновь созданного юридического лица по долгам реорганизованного юридического лица в случае невозможности определить правопреемника по обязательству или в случае недобросовестного распределения активов и обязательств, если это привело к существенному нарушению интересов кредиторов.
Эта норма вызвала возражения со стороны предпринимателей. Они указали на расплывчатость формулировок, которая может породить неопределенность в применении данных положений. Однако законодатель, по всей видимости, посчитал опасения предпринимателей необоснованными и не поддержал их предложения.
ГК РФ предусмотрена возможность признать решение о реорганизации юридического лица недействительным или реорганизацию корпорации несостоявшейся.
Решение о реорганизации юридического лица может быть признано недействительным по требованию участников реорганизуемого юридического лица, а также иных лиц, если данное право предоставлено им законом. Предъявить указанное требование в суд можно в течение трех месяцев после внесения в ЕГЮРЛ записи о начале процедуры реорганизации, если иной срок не предусмотрен законом.
Если суд признает решение о реорганизации юридического лица недействительным, то это не повлечет ликвидации вновь образованных юридических лиц. Также не признаются недействительными сделки, заключенные данными юридического лицами.
В случае признания решения о реорганизации юридического лица недействительным у участника реорганизованного юридического лица, голосовавшего против этого решения или не участвовавшего в голосовании, а также у кредиторов реорганизованного юридического лица появится право потребовать возмещения убытков. Возместить убытки обязаны лица, которые недобросовестно способствовали принятию решения о реорганизации. Они, а также юридические лица, образованные в результате признанной недействительной реорганизации, отвечают перед участниками и кредиторами реорганизованного лица солидарно.
Совершенно иные последствия возникают в случае признания реорганизации корпорации несостоявшейся:
– восстанавливаются юридического лица, существовавшие до реорганизации, и одновременно прекращается существование созданных в результате реорганизации юридических лиц, о чем делается запись в ЕГРЮЛ;
– сделки новообразованных юридических лиц с лицами, добросовестно полагавшимися на правопреемство, сохраняют силу для восстановленных юридических лиц, которые являются солидарными должниками и солидарными кредиторами по таким сделкам;
– переход прав и обязанностей признается несостоявшимся, за исключением случая, когда права и обязанности переходят в пользу созданного юридического лица от должников, добросовестно полагавшихся на правопреемство на стороне кредитора;
– доли в уставном капитале ранее существовавшего юридического лица сохраняются за участниками в том же размере, что и до реорганизации, а при смене участников юридического лица в ходе такой реорганизации или по ее окончании возвращаются им по правилам, предусмотренным п. 3 ст. 65.2 ГК РФ.
Потребовать признать реорганизацию несостоявшейся можно в двух случаях:
– если решение о реорганизации корпорации ее участники не принимали;
– если для государственной регистрации юридических лиц, создаваемых путем реорганизации, были представлены документы с заведомо недостоверными данными о реорганизации.
Во избежание многих судебных исков по вопросам реорганизации следует ужесточить контроль на стадии регистрации реорганизации и установить ответственность регистрирующих органов. Судебная практика изобилует делами о признании реорганизации и государственной регистрации реорганизации недействительной в связи с нарушениями прав кредиторов в результате неуведомления о реорганизации, а также из-за отсутствия в передаточном акте положений о правопреемстве. Несмотря на то, что это основания для отказа в регистрации реорганизации, она все же осуществляется, за что органы, производящие регистрацию, должны также нести ответственность.
В современных условиях, характеризующихся продолжающимся мировым финансовым и экономическим кризисом, перед немалой частью юридических лиц возникает проблема резкого падения эффективности предпринимательской деятельности. При этом могут возникнуть такие обстоятельства, дальнейшее осуществление деятельности при которых становится убыточным и, соответственно, нецелесообразным. В таких условиях наиболее правильным и логичным представляется ликвидация юридического лица с последующим распределением оставшегося имущества между учредителями и участниками с целью вероятного последующего использования этих активов для организации новых производств либо других видов деятельности.
Процесс ликвидации юридического лица является весьма трудоемким и продолжительным. Проведение ликвидации юридического лица должно осуществляться по достаточно жесткой процедуре, которая установлена гражданским законодательством. Важно отметить, что отступление от установленного порядка ликвидации юридического лица может за собой повлечь необоснованные затраты, применение правовых мер различного характера к руководству организации.
Ликвидация юридического лица – это прекращение деятельности юридического лица без правопреемства, т.е. без перехода его прав и обязанностей к другим лицам.
ФЗ от 5 мая 2014 г. № 99-ФЗ были изложены в новой редакции статьи ГК РФ, посвященные ликвидации юридических лиц. Из ст. 61 ГК РФ следует, что ликвидация представляет собой прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам. Она проводится в случаях, когда существование юридического лица по объективным причинам становится невозможным, либо при принятии руководством и учредителями решения о нецелесообразности его дальнейшей деятельности.
Принять решение о ликвидации юридического лица может его учредитель (участник) или орган юридического лица, уполномоченный на то учредительным документом, (добровольная ликвидация) или суд – по иску государственного органа или органа местного самоуправления, по иску учредителя (участника) юридического лица в случае невозможности достижения целей, ради которых оно создано, в том числе в случае, если осуществление деятельности юридического лица становится невозможным или существенно затрудняется (принудительная ликвидация).
Юридическое лицо, как правило, ликвидируется по решению участников (учредителей) либо его органа, которые имеют право согласно учредительных документов на решение вопросов о ликвидации, в том числе в связи с истечением срока, на который оно создано, и с достижением цели, ради которой оно создано (добровольная ликвидация) .
В судебном порядке юридическое лицо ликвидируется по требованию уполномоченных государственных органов.
Уполномоченными на ликвидацию, в частности, могут быть различные публичные органы:
а) регистрирующие (налоговые) органы – на основании п. 2 ст. 25 ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»;
б) Центральный банк РФ – на основании ст. 23.1 ФЗ «О банках и банковской деятельности» ;
в) орган страхового надзора – на основании п. 10 ст. 32.8 Закона «Об организации страхового дела в РФ» .
Поводами для судебной ликвидации юридического лица являются:
а) допущенные при создании юридического лица неустранимые и грубые нарушения закона;
б) если юридическое лицо осуществляет деятельность без лицензии;
в) если юридическое лицо осуществляет деятельность, которая запрещена законом;
г) если юридическое лицо осуществляет деятельность с нарушением Конституции;
д) если юридическое лицо осуществляет деятельность с иными грубыми либо неоднократными нарушениями законодательства;
е) если некоммерческая организация систематически осуществляет деятельность, которая противоречит ее уставным целям.
Важно отметить, что только действующее юридическое лицо может быть ликвидировано по всем вышеуказанным основаниям.
Понятие «действующее юридическое лицо» в отечественном законодательстве четко не сформулировано, и арбитражным судам при рассмотрении указанных вопросов приходится идти «от противного», т.е. выявлять признаки недействующего лица, поскольку в таком случае вопрос о его ликвидации должен решаться в рамках процедур ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», связанных с банкротством отсутствующего должника. Согласно п. 10 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда РФ от 13 января 2000 года № 50, такими признаками являются невыполнение требований закона об уплате налогов, предоставлении отчетности, отсутствие сведений о фактическом местонахождении органов управления или учредителей данного юридического лица .
Неустранимыми считаются такие нарушения, допущенные при создании юридического лица, которые нельзя исправить в порядке и в сроки, установленные законом или иными правовыми актами. Например, в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридического лица, представлены подложные документы о составе участников, об их юридическом статусе, правоспособности и дееспособности, нарушен порядок формирования уставного капитала, не внесен до регистрации юридического лица необходимый вклад в уставный капитал, нарушены требования закона, касающиеся учредителей и др.
Следует отметить, что перечень оснований для судебной ликвидации юридического лица, закрепленный в ст. 61 ГК РФ, не является исчерпывающим. Наряду с ними следует назвать, в частности:
– банкротство (несостоятельность) юридического лица (ст. 65 ГК РФ);
– выход из состава юридического лица участников, в результате чего их количество становится меньше установленного Законом);
– если состав участников претерпит существенные изменения, с которыми закон связывает необходимость ликвидации юридического лица (например, если в полном товариществе остается лишь один участник, если из товарищества на вере вышли все вкладчики (ст. 81 и 86 ГК РФ);
– если уставный капитал юридического лица становится ниже минимального размера, установленного законом (ст. 99 ГК РФ);
– при невнесении в сроки, установленные законом, определенной доли в уставный капитал юридического лица (ст. 90 ГК РФ).
Ликвидация юридического лица, в зависимости от решения суда, может быть:
– вынужденной (в том случае если судом на участников (учредителей) юридического лица или на его орган, уполномоченный на ликвидацию, возложены обязанности по ликвидации);
– принудительной (в том случае если судом на специально назначенного ликвидатора возложены обязанности по ликвидации) (абз. 3 п. 2, п. 3 ст. 61 ГК РФ).
В том случае, если обязанности по ликвидации согласно решения суда возложены на участников (учредителей) юридического лица, либо на уполномоченные учредительными документами его органы (п. 3 ст. 61 ГК РФ), однако ликвидация юридического лица в установленный срок произведена не была, суд назначает ликвидатора и поручает уже ему осуществить ликвидацию юридического лица.
Ни ГК РФ, ни Закон о регистрации юридических лиц, устанавливая контроль за проведением ликвидации, не предусматривают последствий в тех случаях, когда ликвидация проводится с нарушениями. Например, отсутствие ликвидационной комиссии по адресу, указанному для направления корреспонденции от кредиторов, влечет безусловное нарушение прав последних. Так, судом было установлено, что направляемые кредитором по указанному адресу требования к ликвидационной комиссии ООО возвращались отделением связи с отметкой о том, что корреспонденция не вручена адресату в связи с его отсутствием по указанному адресу. Таким образом, кредитор выполнил предусмотренные законом (п. 1 ст. 63 ГК РФ) действия по предъявлению требования по указанному в официальной публикации адресу ликвидационной комиссии. На кредитора законом не возлагается обязанность проверять достоверность сведений отделения связи об отсутствии ликвидационной комиссии по указанному адресу. Кредитор предпринял меры по сообщению регистрирующему органу об отсутствии ликвидационной комиссии по указанному адресу и о возвращении его требования, однако налоговым органом обращения оставлены без внимания.
После принятия решения о ликвидации юридического лица необходимо провести ряд организационных мероприятий. В ст. 62 ГК РФ закреплены обязанности инициаторов ликвидации юридического лица – учредителей (участников), их уполномоченных органов, а также государственных органов или органов местного самоуправления.
В первую очередь, следует незамедлительно письменно проинформировать об этом решении регистрирующий орган (которым в настоящее время является территориальный налоговый орган) и сделать это надо в трехдневный срок с момента принятия решения. При этом, согласно ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» под незамедлительностью понимается трехдневный срок с момента принятия решения о ликвидации.
Регистрирующий орган на основании полученного уведомления вносит соответствующую запись; правоспособность ликвидируемого юридического лица с этого момента претерпевает ограничения – не допускается:
– регистрация в его учредительных документах изменений;
– регистрация юридического лица, учредителем которых оно выступает или которые в результате его реорганизации возникают.
Кроме того, инициаторы ликвидации юридического лица должны назначить ликвидатора (сформировать ликвидационную комиссию) и уведомить об этом регистрирующий орган, а также установить в соответствии с законодательством сроки и порядок ликвидации.
Ликвидационная комиссия (ликвидатор), как считает В.А. Кузнецова, – это особый орган ликвидируемого юридического лица, к ней с момента ее назначения переходят полномочия по управлению делами ликвидируемого юридического лица, она же от его имени выступает в суде, в том числе в качестве ответчика . Ликвидационная комиссия, как правило, состоит из хорошо знакомых с состоянием дел в организации граждан. Ликвидационная комиссия размещает в строго установленном печатном издании объявление о ликвидации, порядке и сроках заявления требований кредиторами (ст. 63 ГК РФ).
Существует весьма распространенное мнение о том, что объявления о ликвидации юридических лиц можно напечатать чуть ли не в любой газете и требования законодательства, регламентирующие порядок ликвидации организаций, будут считаться выполненными .
Обязанность публиковать в органах печати сведения о предстоящей ликвидации, как отмечалось, возложена на ликвидирующиеся организации п. 1 ст. 63 ГК РФ. Однако упомянутая статья не содержит специальных требований к СМИ, в которых такие объявления могут публиковаться. Следует отметить, что данная норма является крайне важной с процессуальной точки зрения, так как от даты публикации отсчитывается двухмесячный срок, отведенный кредиторам на заявление своих требований к ликвидируемой организации.
В соответствии с ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» в регистрирующий орган необходимо сообщить о формировании ликвидационной комиссии (назначении ликвидатора) и составлении промежуточного ликвидационного баланса.
В течение установленного срока для приема требований кредиторов ликвидационная комиссия выявляет кредиторов и письменно уведомляет их о ликвидации юридического лица, а также принимает меры по взысканию дебиторской задолженности. Допустим, организация направила письма с требованием вернуть имущество или выплатить деньги. Организация при отказе должников погасить обязательства, имеет право обратиться в суд с иском.
При ликвидации организации обязательно проводится инвентаризация обязательств и имущества. Это нужно для подтверждения достоверности данных бухгалтерского учета и отчетности. При этом проверке подлежат все позиции активов и источников образования имущества, то есть данная инвентаризация от обычной инвентаризации ничем не отличается.
Государственная регистрация осуществляется в течение пяти рабочих дней со дня представления документов в регистрирующий орган. На основании представленного пакета документов регистрирующий (налоговый) орган вносит в Единый государственный реестр юридических лиц запись о ликвидации организации. С этого момента ликвидация считается завершенной, а юридическое лицо – прекратившим свою деятельность (п. 8 ст. 63 ГК РФ).
В 2005 году в ФЗ РФ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» были внесены дополнения, касающиеся юридических лиц, фактически прекративших свою деятельность. Данные положения предусматривают административный (внесудебный) порядок их исключения из ЕГРЮЛ . Этот порядок был введен как альтернатива применению к недействующим компаниям судебных процедур банкротства должника.
Введение норм об исключении недействующих юридических лиц из ЕГРЮЛ было вызвано стремлением «очистить» Реестр от фактически прекративших свою деятельность компаний и тем самым сделать информацию Реестра более актуальной и достоверной, ограничить число так называемых фирм-однодневок. Кроме того, намерения законодателя заключались также в том, чтобы освободить арбитражные суды от рассмотрения множества «бесперспективных» дел и сделать процедуру ликвидации более простой и менее затратной для бюджета.
Но реализация положений ФЗ от 2 июля 2005 года № 83-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» и в статью 49 ГК РФ» на практике привела к определенным трудностям, в частности в отношении применения арбитражными судами положений законодательства о банкротстве отсутствующих должников и прекращении недействующих юридических лиц. Кроме того, в юридической прессе появились мнения, что нововведения ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» означают закрепление на законодательном уровне внесудебной процедуры банкротства. Такая процедура вызвала опасения относительно возможного произвола со стороны регистрирующих органов. Помимо этого на законодательном уровне до сих пор нет четкого определения данной административной процедуры, отсутствует единообразие в критериях отнесения юридического лица к недействующему. Также нет единообразного подхода в применении процедуры административного исключения из ЕГРЮЛ к компании, имеющей задолженности по обязательным платежам в бюджеты и внебюджетные фонды.
Анализ структуры ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» показывает, что законодатель различает процедуры ликвидации юридического лица и исключения из ЕГРЮЛ недействующих компаний. Исходя из положений ГК РФ, ст. 61 которого не называет данную процедуру среди оснований ликвидации, можно сделать вывод, что на законодательном уровне административная процедура исключения компании из ЕГРЮЛ также не закреплена как ликвидация юридического лица. Вместе с тем арбитражные суды зачастую называют эту процедуру упрощенной ликвидацией или же административной процедурой ликвидации. В итоге получается, что на сегодняшний день существует две трактовки административной процедуры исключения: специальное основание прекращения деятельности юридического лица и упрощенная ликвидация.
Относительно критериев, по которым юридическое лицо может быть отнесено к недействующему и исключено из ЕГРЮЛ в административном порядке, также возникают вопросы. Понятно, что для признания лица недействующим необходимо, чтобы оно в течение как минимум 12 месяцев не представляло отчетность и не вело операций по банковским счетам. Однако в отношении последнего критерия существует определенная неясность, так как в ст. 21.1 ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» говорится об отсутствии операций хотя бы по одному банковскому счету юридического лица.

Доступа нет, контент закрыт


Нетология

Заключение

Итак, в данной работе были рассмотрены особенности гражданско-правового положения юридического лица. В качестве вывода следует отметить, что институт юридического лица является сложным правовым механизмом, опосредующим общественные отношения, связанные с организацией социально-экономической деятельности участников гражданского оборота, с помощью правовых моделей. Данный институт является постоянно развивающейся системой, находящейся под влиянием различных факторов как правового, так и социально-экономического, политического и иного характера.
ГК РФ дает традиционное для отечественного права определение юридического лица, рассматривая его как организацию, которая обладает обособленным имуществом и отвечает данным имуществом по собственным обязательствам, может приобретать и осуществлять от своего имени гражданские права, нести гражданские обязанности, быть в суде истцом и ответчиком
Соответственно данному определению для признания юридического лица субъектом права доктрина выделяет известную совокупность необходимых и достаточных признаков, к числу которых относят: 1) организационное единство, которое проявляется в обособлении деятельности юридического лица от деятельности его учредителей и закрепляется в учредительных документах, посредством определения наименования, места нахождения, порядка управления деятельностью и целей деятельности юридического лица; 2) имущественная обособленность, которая выражается в закреплении за юридическим лицом определенного имущества на таком праве, которое позволяло бы исключить всякое вмешательство всех третьих лиц (включая и учредителей); 3) самостоятельная имущественная ответственность своим имуществом по своим обязательствам; 4) выступление в гражданском обороте от своего имени. Необходимость в государственной регистрации организации в качестве юридического лица представляет собой пятый признак, текстуально не вошедший в ст. 48 ГК РФ.
Следует заключить, что перечисленная совокупность признаков является самодостаточной, а с другой стороны – необходимой для признания лица субъектом права. Наличие у организации признаков юридического лица важно учитывать для правильного определения ее гражданской и процессуальной правосубъектности.
Как было отмечено в работе 1 сентября 2014 года вступили значительные изменения с точки зрения корпоративного права, касающиеся правового статуса и порядка деятельности юридических лиц. Видоизменена классификация юридических лиц, подразделяющая их на корпорации и унитарные организации. Критерием разграничения является, в частности, наличие либо отсутствие у учредителей права участия (членства) в юридическом лице. Также закрепляются общие нормы, касающиеся коммерческих и некоммерческих корпораций.
В настоящее время ГК РФ предусматривает разделение хозяйственных обществ на публичные и непубличные. При этом публичным является акционерное общество, акции которого (ценные бумаги которого, конвертируемые в его акции) публично размещаются или публично обращаются на условиях, установленных законами о ценных бумагах. Общества с ограниченной ответственностью и акционерные общества, не отвечающие вышеназванному признаку публичности, признаются непубличными.
Важным нововведением гражданского законодательства является отказ от такой разновидности хозяйственных обществ, как закрытые акционерные общества и общества с дополнительной ответственностью. ГК РФ при этом прямо закрепляет норму о том, что перерегистрацию таких обществ осуществлять не потребуется, а положения ФЗ «Об акционерных обществах» о закрытых акционерных обществах будут применяться к таким обществам впредь до первого изменения их уставов.
С 1 сентября 2014 г. юридические лица создаются исключительно в организационно-правовых формах, которые предусмотрены новой редакцией ГК РФ. С 1 сентября 2014 г. упорядочены правила, касающиеся учреждения юридических лиц, уточняются правила о реорганизации и ликвидации юридических лиц. К примеру, вводятся положения, позволяющие сочетать различные формы реорганизации, регулируются порядок и последствия признания решения о реорганизации юридического лица недействительным, а самой реорганизации – несостоявшейся, предусматривается солидарная ответственность созданного юридического лица по долгам своего правопредшественника в случае невозможности определить правопреемника по обязательству или в случае недобросовестного распределения активов между ними, если это привело к существенному нарушению интересов кредиторов.
Из действующей редакции п. 1 ст. 48 ГК РФ вытекает, что к числу юридических лиц относятся только те организации, которые имеют обособленное имущество в виде начального (стартового) капитала.
Между тем, многие разновидности юридического лица таким имуществом в момент своего создания не обладают. В действительности термин «организация» сам по себе указывает на имущественную обособленность юридического лица, поскольку свидетельствует о наличии у него внутриорганизационных имущественных прав и обязанностей.
Поэтому во избежание теоретических и практических недоразумений п. 1 ст. 48 ГК РФ целесообразно изложить в следующей редакции: «Юридическим лицом признается организация, которая и отвечает им по своим обязательствам, может от своего имени приобретать и осуществлять гражданские права и нести гражданские обязанности, быть истцом и ответчиком в суде».


Список использованных источников

I. Нормативно-правовые акты
1. Конституция РФ (принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 года) (учетом поправок, внесенными Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ, от 05.02.2014 № 2-ФКЗ, от 21.07.2014 № 11-ФКЗ) // СЗ РФ. – 2014. – № 31. – Ст. 4398.
2. Гражданский кодекс РФ (часть первая) от 30 ноября 1994 г. № 51-Ф3 (в ред. от 13 июля 2015 г.) // СЗ РФ. –1994. – № 32. – Ст. 3301.
3. Жилищный кодекс РФ от 29 декабря 2004 г. № 188-ФЗ (в ред. от 13 июля 2015 г.) // СЗ РФ. – 2005. – № 1 (часть I). – Ст. 14.
4. Закон РФ от 27 ноября 1992 года № 4015-I «Об организации страхового дела в РФ» (в ред. от 13 июля 2015 г.) // Российская газета. – 1993. – 12 января.
5. Федеральный закон от 2 декабря 1990 года № 395-I «О банках и банковской деятельности» (в ред. 13 июля 2015 г.) // Российская газета. – 1996. – 10 февраля.
6. Федеральный закон от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ 2Об акционерных обществах» (в ред. от 29 июня 2015 г.) // СЗ РФ. – 1996. – № 1. – Ст. 1.
7. Федеральный закон от 15 апреля 1998 г. № 66-ФЗ «О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан» (в ред. от 31 декабря 2014 г.) // СЗ РФ. – 1998. – № 16. – Ст. 1801.
8. Федеральный закон от 08 февраля 1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в ред. от 29 июня 2015 г.) // Российская газета. – 1998. – 17 февраля.
9. Федеральный закон от 8 августа 2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (в ред. от 13 июля 2015 г.) // СЗ РФ. – 2001. – № 33 (Часть I). – Ст. 3431.
10. Федеральный закон от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в ред. от 13 июля 2015 г.) // Российская газета. – 2002. – 2 ноября.
11. Федеральный закон РФ от 2 июля 2005 года № 83-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» и в статью 49 Гражданского кодекса РФ» // СЗ РФ. – 2005. – № 27. – Ст. 2722.
12. Федеральный закон от 01 декабря 2007 г. № 315-ФЗ «О саморегулируемых организациях» (в ред. от 24 ноября 2014 г.) // Российская газета. – 2007. – 6 декабря.
13. Федеральный закон от 30 декабря 2012 г. № 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса РФ» (в ред. от 04 марта 2013 г.) // СЗ РФ. – 2012. – № 53 (ч. 1). – Ст. 7627.
14. Федеральный закон от 28 июня 2013 г. № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в части противодействия незаконным финансовым операциям» (в ред. от 29 июня 2015 г.) // Российская газета. – 2013. – 2 июля.
15. Федеральный закон от 05 мая 2014 г. № 99-ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса РФ и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов РФ» // СЗ РФ. – 2014. – № 19. – Ст. 2304.
16. Указ Президента РФ от 18 июля 2008 г. № 1108 «О совершенствовании Гражданского кодекса РФ» (в ред. от 29 июля 2014 г.) // Российская газета. – 2008. – 23 июля.
17. Концепция развития гражданского законодательства РФ (одобрена решением Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства от 07 октября 2009 г.) // Вестник ВАС РФ. – 2009. – № 11.
18. Концепция долгосрочного социально-экономического развития РФ на период до 2020 года (утв. распоряжением Правительства РФ от 17 ноября 2008 г. № 1662-р (в ред. от 08 августа 2009 г.)) // СЗ РФ. – 2008. – № 47. – Ст. 5489.
19. Гражданский кодекс РСФСР от 11 июня 1964 г. // Ведомости Верховного Совета РСФСР. – 1964. – № 24. – Ст. 406.
20. Основы Гражданского Законодательство Союза ССР и республик (утв. Верховным Советом СССР 31 мая 1991 г. № 2211-I) // Ведомости Верховного Совета СССР. – 1991. – № 26. – Ст. 733.

II. Материалы судебной практики
21. Постановление Пленум ВАС РФ от 30 июля 2013 г. № 61 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с достоверностью адреса юридического лица» // СПС «Гарант».
22. Постановление Пленума ВАС РФ от 30 июля 2013 г. № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» // Экономика и жизнь. – 2013. – № 34.
23. Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13 января 2000 года № 50 «Обзор практики разрешения споров, связанных с ликвидацией юридических лиц (коммерческих организаций)» // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. – 2000. – № 3.
24. Определение ВАС РФ от 13 февраля 2009 г. № 1002/09 // СПС «КонсультантПлюс».
25. Определение ВАС РФ от 19 ноября 2008 г. № 14799/08 // СПС «КонсультантПлюс».
26. Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07 апреля 2014 г. № 18АП-2128/2014 по делу № А47-9208/2013 // СПС «КонсультантПлюс».
27. Постановление ФАС Уральского округа от 19 марта 2008 г. № Ф09-1907/08-С4 // СПС «КонсультантПлюс».
28. Постановление ФАС Дальневосточного округа от 30 августа 2010 г. № Ф03-5789/2010 по делу № А37-1624/2009 // СПС «КонсультантПлюс».
29. Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 19 июля 2013 года по делу № Ф04-4837/2013(36389-А46-4) // СПС «КонсультантПлюс».
30. Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 21 июня 2012 года по делу № А19-512/12-8-Ф02-3525/12 // СПС «КонсультантПлюс».
31. Постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 18 марта 2014 г. по делу № А06-5519/2013 // СПС «КонсультантПлюс».

III. Специальная литература
32. Адарченко Е.О. Административная правосубъектность юридических лиц публичного права // Административное и муниципальное право. – 2013. – № 5. – С. 410–414.
33. Адарченко Е.О. Отличительные черты юридических лиц публичного права // Административное и муниципальное право. – 2013. – № 3. – С. 201–206.
34. Алпатов А.Л. Проблемы правовой интерпретации сущности юридического лица // Современное право. – 2011. – № 3. – С. 16–19.
35. Артеменков В.К. Инвариантные элементы структуры юридического лица как системной целостности // Журнал российского права. – 2012. – № 3. – С. 56–59.
36. Барабанова А.Н. Некоторые проблемы правоприменительной практики при ликвидации недействующих организаций // Законодательство. – 2012. – № 9. – С. 47–52.
37. Бараненков В.В. Соотношение понятий «правовое положение», «правовой статус» и «правосубъектность» юридического лица // Юридический мир. – 2013. – № 2. – С. 21–26.
38. Бобров М.Е. Товарный знак и наименование юридического лица: коллизия прав // Адвокат. – 2013. – № 12. – С. 54–58.
39. Богданов Е.В. Правовое положение арбитражного управляющего юридическим лицом // Гражданское право. – 2015. – № 1. – С. 27–31.
40. Вавилин Е.В. Осуществление и защита гражданских прав. / Российская акад. наук, Ин-т государства и права. – М.: Волтерс Клувер. 2009. – 280 с.
41. Витрук Н.В. Общая теория правового положения личности. – М., 2008. – 544 с.
42. Ганижев А.Я. Проблема правового статуса органа юридического лица и пути ее разрешения в российском гражданском законодательстве // Журнал российского права. – 2012. – № 7. – С. 110–114.
43. Герваген Л.Л. Развитие учения о юридическом лице. – СПб., 1888.
44. Гражданское право: актуальные проблемы теории и практики / под общ. ред. В.А. Белова. – М., 2008. – 662 с
45. Гражданское право: В 4 т. / Отв. ред. Е.А. Суханов. Т. 1. – М,: БЕК, 2012. – 764 с.
46. Гражданское право: Учебник. Часть первая. / Под общ. ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. – М., 2011. – 580 с.
47. Груздев В.В. Волевая природа юридического лица // Юрист. – 2013. – № 16. – С. 30–33.
48. Груздев В.В. Имущественное обособление юридического лица // Юрист. – 2014. – № 3. – С. 16–21.
49. Гутников О.В. Ответственность перед кредиторами в корпоративных отношениях: тенденции и перспективы развития правовых норм // Журнал российского права. – 2014. – № 7. – С. 20–25.
50. Дегтярева А. Поправки в ГК РФ: анализ изменений. Новеллы о решениях собраний // Административное право. – 2014. – № 2. –С. 45.
51. Долинская В.В. Правосубъектность и участники гражданских правоотношений // Проблемы правосубъектности: современные интерпретации: Сб. матер. междунар. науч.-практ. конф. (24 февраля 2012 г.) / Отв. ред. Т.Б. Замотаева. Вып. 10. Ч. 1. – Самара, 2012. – 252 с.
52. Егоров А.В., Усачева К.А. Доктрина «снятия корпоративного покрова» как инструмент распределения рисков между участниками корпорации и иными субъектами оборота // Вестник гражданского права. – 2014. – № 1. – С. 31–36.
53. Зайцева О.Б. Трудовая правосубъектность как юридическая категория и ее значение в правовом регулировании трудовых отношений: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. – М., 2008. – 68 с.
54. Захарьин В.Р. Ликвидация организаций: бухгалтерский учет и налогообложение // Экономико-правовой бюллетень. – 2013. – № 9. – С. 118–122.
55. Ильина Д. Реорганизация по-новому // ЭЖ-Юрист. – 2014. – № 40. – С. 4–6.
56. Кархалев Д.Н. Охранительные обязательства по защите гражданских прав // Юридический мир. – 2013. – № 2. – С. 27–32.
57. Козлова Н.В. Понятие и сущность юридического лица. Очерк истории и теории: Учеб. пособие. – М., 2013. – 264 с.
58. Козлова Н.В. Правосубъектность юридического лица. – М., 2005. – 128 с.
59. Козлова Н.В. Юридическое лицо с точки зрения закона и правовой науки // Вестник Московского университета. Серия 11: Право. – 2002. – № 5. – С. 34–37.
60. Комментарий к Гражданскому кодексу РФ, части первой / Под ред. Т.Е. Абовой и А.Ю. Кабалкина. – М., 2012. – 892 с.
61. Кузнецова В.А. Ликвидация юридического лица // Законодательство. – 2014. – № 3. – С. 63–67.
62. Ломакин Д.В. Концепция снятия корпоративного покрова: реализация ее основных положений в действующем законодательстве и проекте изменений Гражданского кодекса РФ // Вестник ВАС РФ. – 2012. – № 9. – С. 6–10.
63. Марков П.А. Реорганизация коммерческих организаций: проблемы теории и практики: Монография. – М.: Норма; Инфра-М, 2012. – 186 с.
64. Матвеева Э.Ю. Правовой статус органа юридического лица // Юрист. – 2013. – № 7. – С. 21–25.
65. Мыскин А.В. К вопросу о правосубъектности филиалов юридических лиц // Российская юстиция. – 2012. – № 8. – С. 2–6.
66. Носов Д.В. Феномен правопреемства в российской правовой системе // Журнал российского права. – 2011. –№ 5. – С. 48–52.
67. Поротикова О.А. Процесс создания юридического лица: в теории и на практике // Гражданское право. – 2013. – № 4. – С. 27–31.
68. Пугинский Б.И. Гражданско-правовые средства в хозяйственных отношениях. – М., 1984. – 438 с.
69. Румянцев Ф.А. Еще раз о правовом статусе исполнительного органа юридического лица как элемента его организационного единства // Гражданское право. – 2012. – № 2. – С. 29–321.
70. Серова О.А. Теоретико-методологические и практические проблемы классификации юридических лиц современного гражданского права России: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. – М., 2011. – 70 с.
71. Серьезнова О.А. Федеральный закон о государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей: проблемы применения // Право и экономика. – 2007. – № 4. – С. 76–82.
72. Степанов А. Ликвидация юридического лица // Право и экономика. – 2012. – № 8. – С. 40–44.
73. Суворов Е.Д. Субсидиарная ответственность по обязательствам должника в процессе банкротства: вопросы правоприменения // Закон. – 2013. – № 12. – С. 148–153.
74. Суханов Е.А. Комментарий к ст. 65.1 – 65.3 ГК РФ // Вестник гражданского права. – 2014. – № 3. – С. 107–115.
75. Суханов Е.А. Ответственность участников корпорации по ее долгам в современном корпоративном праве // Проблемы современной цивилистики: Сб. ст., посвященных памяти профессора С.М. Корнеева. – М., 2013. – 258 с.
76. Суханов Е.А. Предпринимательские корпорации в новой редакции Гражданского кодекса РФ // Журнал российского права. – 2015. – № 1. – С. 5–9.
77. Тихомиров М.Ю. Государственная регистрация статусов юридических и физических лиц, их юридических действий и актов // Право и экономика. – 2000. – № 1. – С. 23–28.
78. Харитонова Ю.С. Управление в гражданском праве: проблемы теории и практики. – М., 2011. – 154 с.
79. Хит А. Предложенные поправки к Гражданскому кодексу РФ: шаг вперед или назад? // Законодательство и экономика. – 2011. – № 2. – С. 5–8.
80. Хитрова М.А. Особенности исключения недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ // Финансовые и бухгалтерские консультации. – 2013. – № 9. – С. 38–42.
81. Шевчук Д. Добровольная ликвидация компании // Финансовая газета. Региональный выпуск. – 2010. – № 51. – С. 10–14.
82. Эрделевский А.М. О месте нахождения юридического лица // СПС «КонсультантПлюс», 2014.
83. Яворская Ю.В. Юридические лица: законодательные новации теории и судебной практики в современной России // Российский судья. – 2013. – № 3. – С. 18–23.
84. Яковлев В.Ф. Избранные труды. Т. 2: Гражданское право: история и современность. Кн. 2. – М.: Статут, 2012. – 458 с.



Заказать учебную работу

Данный текст представлен в том виде, в котором добавлен его автором. Используйте данный текст в качестве примера или шаблона для своего научного труда. А лучше закажите уникальную работу с высоким процентом уникальности

Проверить уникальность

Внимание плагиат! Будьте осмотрительны. Все тексты перед защитой проходят проверку на плагиат. Перед использованием скачанного материала обязательно проверьте текст на уникальность и повысьте ее, при необходимости

Был ли этот материал полезен для Вас?

Комментирование закрыто.