Содержимое

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. Одно из наиболее важных стратегических направлений совершенствования деятельности таможенных органов Российской Федерации в настоящее время заключается в выявлении и пресечении экономических преступлений и правонарушений в таможенной сфере. Развитие таможенного законодательства в части привлечения к административной ответственности за нарушения таможенных правил способствует реальной интеграции нашего государства в Европейское сообщество.
Либерализация внешнеэкономической деятельности привела к значительному росту числа ее участников. Реформирование российской экономики потребовало, в свою очередь, радикально изменить структуру таможенного законодательства в нашем государстве, приспособив институт административного принуждения в данной сфере к сложившимся реалиям. Конституция Российской Федерации провозгласила приоритет рыночной экономики. Однако Основной Закон оставил за государством монопольное право на регулирование таможенных правоотношений, на применение мер государственного принуждения в данной сфере, осуществляемое посредством таможенных органов. И это вполне естественно с точки зрения обеспечения экономической и правовой безопасности нашей страны.
Современное состояние таможенного законодательства позволяет выявить специфику мер административной ответственности в качестве его структурного элемента в таможенной сфере. Правоохранительная функция занимает важнейшее место в компетенции таможенных органов, так как они, в частности, ведут административное производство по делам о нарушениях таможенных правил. Базисный источник отрасли – Таможенный кодекс Таможенного Союза – закрепляет 40 составов административных проступков в области таможенного дела. Количество правонарушений в сфере внешнеторговой деятельности неуклонно возрастает в силу ряда объективных и субъективных факторов. Актуальность исследования предопределил круг проблем в части привлечения физических и юридических лиц к административной ответственности за таможенные проступки, связанных с несовершенством отдельных правовых норм и правоприменительной практикой.
Состояние научной разработанности исследуемой темы. Проблема административного принуждения в целом достаточно широко освещена в научной и юридической литературе.
Общетеоретические вопросы государственного и административного принуждения изучались в основном учеными – специалистами в области общей теории права и административного права. Среди них труды: С.С. Алексеева, А.П. Алехина, О.Ю. Бакаевой, Д.Н. Бахраха, С.Н. Братуся, Н.В. Витрука, И.А. Галагана, А.А. Гравиной, В.В. Игнатенко, А.А. Кармолицкого, Ю.М. Козлова, А.Н. Козырина, А.Е. Лунева, Н.И. Матузова, А.В. Малько, В.М. Манохина, В.И. Новосёлова, Л.Л. Попова, Ю.Н. Старилова, М.С. Студеникиной, И.Л. Честнова, А.П. Шергина, Ц.А. Ямпольской и других.
Проблеме привлечения к ответственности в таможенной сфере уделено внимание в работах современных ученых и специалистов в области административного, таможенного, финансового, гражданского права: Б.Н. Габричидзе, А.Н. Козырина, С.В. Кивалова, В.М. Малиновской, М.Я. Масленникова, А.Ф. Ноздрачёва Д.М. Полежаева, И.В. Орлова, М.Е. Поповой, А.Г. Рязанцева, A.M. Зрячкина, A.M. Фатхутдиновой, Н.И. Химичевой, М.П. Шестаковой и ряда других.
В различные периоды истории нашего государства вопросы административной ответственности за нарушение таможенных правил являлись предметом изучения Д.И. Менделеева, К. Лодыженского, Е. Осокина, К.К. Сандровского, В.Г. Храбскова и других.
Объектом исследования является совокупность норм таможенного и административного права, правоприменительная практика судебных и таможенных органов России, ряда стран СНГ, содержащие основы, порядок, особенности применения мер административной ответственности за нарушения таможенного законодательства. Особое внимание уделено составу и видам нарушений таможенных правил, а также проблеме квалификации таможенных проступков с определением направлений их разрешения.
Предмет исследования составляют юридическое и фактическое основания административной ответственности в таможенной сфере, позволяющие отнести ее к обособленному институту самостоятельной отрасли таможенного права.
Цели и задачи исследования. Цель настоящей работы – комплексное изучение и анализ современного состояния норм об административном таможенном принуждении и, как важнейшей его части, – норм об административной ответственности за нарушение таможенных правил, разработка рекомендаций по внесению изменений и дополнений в Таможенный кодекс Таможенного Союза и в Кодекс об административных правонарушениях в целях совершенствования нормативно-правовой базы по применению мер административного таможенного принуждения.
Изучение поставленной цели потребовало решения следующих задач:
– определения понятия и сущности административной ответственности в таможенном праве как важнейшего института административно-таможенного принуждения;
– выявления особенностей мер административной ответственности за нарушение таможенных правил и порядка их применения;
– анализа таможенного законодательства стран дальнего и ближнего зарубежья в части административной ответственности за нарушения таможенных правил;
– характеристики состава нарушения таможенных правил как фактического основания административной таможенной ответственности, его элементов;
– выявления основных проблем применения административных взысканий в отношении различных субъектов административной таможенной ответственности, а также пробелов законодательства по данной проблематике;
– изучения проблем классификации и квалификации нарушений таможенных правил в целях правильного понимания порядка применения мер ответственности к субъектам правонарушения;
– внесения конкретных предложений по устранению пробелов и противоречий в таможенном законодательстве Таможенного Союза.
Методологическую базу исследования составил комплекс научных методов: диалектический, сравнительно-правовой, системно-структурный, исторический, логический и другие.
Теоретическая и практическая значимость результатов данной научной работы определяется актуальностью и новизной рассмотренных в исследовании проблем.
Разработанные в выпускной квалификационной работе теоретические и практические выводы могут быть использованы в учебном процессе при чтении курсов «Таможенное право», «Правовое регулирование внешнеэкономической деятельности», а также при подготовке учебных и методических материалов по данной проблематике.
Структура работы обусловлена целью исследования и состоит из введения, двух глав, четырех параграфов, заключения и списка используемой литературы, приложений.

ГЛАВА 1 ТЕОРЕТИКО-ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ АДМИНИСТРАТИВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ В ТАМОЖЕННОЙ СФЕРЕ

1.1. Понятие административного правонарушения в сфере нарушения таможенных правил

1.2. Административная ответственность за нарушения таможенных правил как вид особого охранительного административного правоотношения

1.1. Понятие административного правонарушения в сфере нарушения таможенных правил
Со дня вступления в силу Таможенного кодекса Таможенного союза создана единая таможенная территория Таможенного союза, подразумевающая отсутствие таможенных границ (таможенного контроля) между государствами-членами Таможенного союза. Также в ходе функционирования Таможенного союза в соответствии с международными договорами и решениями Межгосударственного совета Евразийского экономического сообщества (высшего органа Таможенного союза) таможенный, транспортный, санитарный, ветеринарно-санитарный и карантинный фитосанитарный виды государственного контроля перенесены на «внешнюю границу Таможенного союза». Также Таможенный кодекс Таможенного союза обеспечил единство таможенного регулирования в Таможенном союзе. Вместе с тем институт административной ответственности за нарушение требований таможенного законодательства Таможенного союза в настоящее время не исследован должным образом. В настоящей статье рассматриваются признаки административного правонарушения как основания для возникновения административной ответственности за нарушение таможенного законодательства Таможенного союза.
Согласно ст. 2.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое данным Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность. Таким образом, КоАП РФ указывает на такие признаки административного правонарушения, как противоправность, виновность и наказуемость.
Законодательство Республики Беларусь определяет административное правонарушение как противоправное виновное, а также характеризующееся иными признаками, предусмотренными Кодексом Республики Беларусь об административных правонарушениях (далее – КоАП РБ), деяние (действие или бездействие), за которое установлена административная ответственность (ст. 2.1 КоАП РБ).
Согласно ст. 28 Кодекса Республики Казахстан об административных правонарушениях (далее – КоАП РК) административным правонарушением признается противоправное, виновное действие либо бездействие физического лица или противоправное действие либо бездействие юридического лица, за которое КоАП РК предусмотрена административная ответственность.
Учитывая изложенное выше, можно сделать вывод, что законодательство государств-членов Таможенного союза устанавливает такие признаки административного правонарушения, как противоправность, виновность и наказуемость.
Некоторые ученые выделяют иные признаки административного правонарушения. Например, по мнению Д.Н. Бахраха, административное правонарушение обладает следующими признаками:
– общественная вредность;
– административная противоправность;
– совершение в форме деяния (действия, либо бездействия);
– указанное деяние совершается физическим или юридическим лицом;
– виновность;
– наказуемость1.
Согласно позиции других авторов административное правонарушение обладает следующими признаками:
– общественная опасность, т.е. административное правонарушение реально причиняет или может причинить вред общественным правоотношениям, охраняемым законом, который может быть выражен как в причинении ущерба, так и в иной форме;
– противоправность, т.е. административное правонарушение является деянием, нарушающим нормы права;
– виновность, т.е. административное правонарушение физическим лицом может быть совершено только виновно, при этом юридическое лицо признается виновным, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению;
– наказуемость, т.е. только то деяние может быть признано административным правонарушением, за которое установлена административная ответственность1.
Мы присоединяемся ко второй из указанных точек зрения и отмечаем, что нарушение таможенного законодательства Таможенного союза, обладая всеми признаками, присущими административному правонарушению, дополнительно имеет следующие признаки:
1) в результате деяния нарушаются требования, установленные международным договором либо наднациональным органом регулирования;
2) административная противоправность деяния закреплена в законодательстве одного из государств-членов Таможенного союза;
3) ввиду функционирования Таможенного союза, отсутствия таможенных границ между государствами-членами Таможенного союза деяние может быть общественно опасным как для одного из государств-членов Таможенного союза, так и для всех государств-членов Таможенного союза.
Отдельно следует сказать о последнем из указанных признаков. В целом общественная опасность административного правонарушения в сфере таможенного дела заключается в подрыве экономической безопасности Российской Федерации, ослаблении связей российской экономики с мировым хозяйством, нарушении прав граждан, хозяйствующих субъектов и государственных органов в области таможенного дела, посягательстве на культурные ценности, являющиеся предметом особой охраны государства1. Поскольку, как уже было сказано выше, в связи с началом функционирования Таможенного союза товары получили возможность свободного перемещения между государствами-членами Таможенного союза, возникает вопрос о том, какому государству наносится вред в результате нарушения таможенного законодательства Таможенного союза.
В качестве примера рассмотрим опасность такого деяния, как перемещение товаров через таможенную границу Таможенного союза (таможенную границу государства-члена Таможенного союза) путем их ввоза или вывоза помимо мест перемещения товаров через таможенную границу Таможенного союза. Опасность данного деяния заключается в перемещении товаров через таможенную границу Таможенного союза (таможенную границу государства-члена Таможенного союза) без прохождения государственного контроля товаров и без уплаты таможенных платежей. При этом такое деяние опасно не только для того государства-члена Таможенного союза, через таможенную границу которого осуществляется указанное перемещение товаров, а также для остальных государств-членов Таможенного союза. Например, товары, ввезенные помимо мест перемещения товаров через таможенную границу Таможенного союза в Республику Беларусь, могут быть в дальнейшем практически беспрепятственно перемещены в Российскую Федерацию и введены в оборот на территории Российской Федерации по более низкой стоимости, чем стоимость аналогичных товаров иностранного производства, в отношении которых были уплачены соответствующие пошлины, а в определенных случаях – по более низкой стоимости, чем аналогичные товары, произведенные на территории Российской Федерации, что может повлечь за собой значительный ущерб экономике Российской Федерации. Помимо этого, такое деяние, совершенное на территории Республики Беларусь или Республики Казахстан, будет опасно для Российской Федерации из-за непоступления в бюджет Российской Федерации сумм от распределения таможенных пошлин. Так, в соответствии с Соглашением об установлении и применении в Таможенном союзе порядка зачисления и распределения ввозных таможенных пошлин (иных пошлин, налогов и сборов, имеющих эквивалентное действие) от 20 мая 2010 г.1устанавливаются нормативы распределения сумм ввозных таможенных пошлин для каждого государства-члена Таможенного союза. Для Российской Федерации такой норматив установлен в размере 87,97%. Следовательно, деяние, которое позволяет лицу незаконно избежать уплаты таможенных пошлин, совершенное на территории Республики Беларусь и Республики Казахстан, повлечет за собой непоступление в конечном итоге в бюджет Российской Федерации 87,97% от суммы пошлин, подлежащих уплате. Несмотря на то, что административная ответственность за указанное деяние предусмотрена законодательством всех государств-членов Таможенного союза (в Российской Федерации административная ответственность за указанное деяние установлена п. 1 ст. 16.1 КоАП РФ, в Республике Беларусь – п. 1 ст. 14.1 КоАП РБ, а в Республике Казахстан – ст. 426 КоАП РК), размер такой ответственности различен, кроме того, законодательство государств-членов Таможенного союза содержит различные подходы к установлению административного наказания.
В соответствии с Соглашением о применении специальных защитных, антидемпинговых и компенсационных мер по отношению к третьим странам от 25 января 2008 г.1 установлен порядок распределения между государствами-членами Таможенного союза сумм специальных защитных, антидемпинговых и компенсационных пошлин, основанный на нормативах, установленных Соглашением об установлении и применении в Таможенном союзе порядка зачисления и распределения ввозных таможенных пошлин (иных пошлин, налогов и сборов, имеющих эквивалентное действие), следовательно, деяние, в результате совершения которого лицо уклоняется от уплаты таких пошлин, повлечет неуплату в конечном счете в бюджет Российской Федерации 87,97% от суммы таких пошлин.
Вместе с тем, существуют деяния, связанные с нарушением таможенного законодательства Таможенного союза и не наносящие вред государствам-членам Таможенного союза, за исключением государства, на территории которого такое деяние было совершено. Например, непредставление или нарушение срока представления в таможенный орган Республики Беларусь отчетности либо нарушение срока временного хранения товара на складе временного хранения, расположенном в Республике Казахстан, не наносит вред Российской Федерации, поскольку такие деяния не влекут непоступления в бюджет Российской Федерации сумм пошлин, подлежащих распределению, а товары, являющиеся предметом правонарушения, не могут быть введены в оборот на территории Российской Федерации.
На основании изложенного автор выделяет новый подход (принцип) к определению опасности нарушения таможенного законодательства Таможенного союза: нарушение таможенного законодательства Таможенного союза (деяние), связанное непосредственно с перемещением товаров через таможенную границу Таможенного союза, либо с нарушением условий использования товара на таможенной территории Таможенного союза, после совершения которого предмет такого деяния может перемещаться лицом, совершившим правонарушение, либо иными лицами, между государствами-членами Таможенного союза, либо деяние, позволяющее избежать уплаты таможенных пошлин, специальных, антидемпинговых и компенсационных пошлин, опасно для всех государств-членов Таможенного союза, вместе с тем, деяние, после совершения которого у лица, его совершившего, либо иных лиц отсутствует возможность перемещения предмета деяния на территорию государства-члена Таможенного союза, отличного от государства, являющегося местом совершения деяния, и такое деяние не позволяет избежать уплаты таможенных пошлин, специальных, антидемпинговых и компенсационных пошлин, опасно для государства, на территории которого оно было совершено.
С 06 июля 2010 года действует Таможенный кодекс Таможенного союза (далее – ТК ТС), в соответствии с которым в Российской Федерации, Республике Беларусь и Республике Казахстан таможенное регулирование осуществляется по единым правилам, определенным таможенным законодательством Таможенного союза.
При этом согласно части 3 статьи 7 ТК ТС вопросы привлечения лиц к административной ответственности за нарушения таможенных правил, а также ведения административного процесса (осуществления производства) по делам об административных правонарушениях (далее – АП) регулируются на уровне национального законодательства государств – членов Таможенного союза.
В государствах – членах Таможенного союза соответствующие правоотношения регламентированы следующими национальными кодифицированными актами: Кодекс Российской Федерации (далее – КоАП РФ), Кодекс об административных правонарушениях Республики Казахстан (далее – КоАП РК) и Кодекс об административных правонарушениях Республики Беларусь (далее – КоАП РБ) , Процессуально-исполнительным кодексом об административных правонарушениях Республики Беларусь (далее – ПИКоАП РБ).
КоАП РФ и КоАП РК имеют аналогичную структуру, состоящую из общих положений, определяющих задачи и принципы законодательства об административных правонарушениях, вопросы административной ответственности и наказания, а также особенной части, положений о порядке производства по делам об АП и исполнения постановлений по делам об АП.
В отличие от КоАП РФ и КоАП РК в Республике Беларусь вопросы процессуального характера регламентированы отдельным законодательным актом – ПИКоАП РБ.
Правонарушения в области таможенного дела в Кодексах государств – членов Таможенного союза регламентированы нормами отдельных глав:
– глава 16 КоАП РФ «Административные правонарушения в области таможенного дела (нарушение таможенных правил)» состоит из 24 статей;
– глава 14 КоАП РБ «Административные правонарушения против порядка таможенного регулирования (административные таможенные правонарушения)» – 19 статей;
– глава 26 КоАП РК «Административные правонарушения в сфере таможенного дела» – 40 статей.

1.2. Административная ответственность за нарушение таможенных правил как вид особого охранительного административного правоотношения
В настоящее время в связи с созданием и функционированием Таможенного союза и коренными изменениями в уголовном законодательстве РФ, связанными с таможенными преступлениями, роль административно-юрисдикционной деятельности таможенных органов неуклонно возрастает. Следует отметить, несмотря на либерализацию административного и таможенного законодательства, количество административных правонарушений остается значительным.
Как показывает анализ практики ФТС России, за 2009 г. было возбуждено 89081 дело, в 2010 г. – 72701 дело, в 2011 г. – 72591 дело. Наибольшее количество дел возбуждается по так называемым «контрабандообразующим составам», правовое регулирование которых осуществляется статьями 16.1, 16.2, 16.3 КоАП РФ, например, в 2009 г. возбуждено 31005 дел, в 2010 г. – 28008 дел, в 2011 г. – 28684 дела по данным статьям. Вышеуказанные административные правонарушения в области таможенного дела наносят значительный экономический ущерб России. Необходимо отметить, в настоящее время действует новая редакция гл. 16 КоАП России «Административные правонарушения в области таможенного дела (Нарушение таможенных правил)», введенная Федеральным законом от 6 декабря 2011 г. N 409-ФЗ, которая насчитывает 24 статьи и 44 состава нарушений таможенных правил1.
Административная ответственность является разновидностью юридической ответственности, заключается в праве компетентного государственного органа или должностного лица в установленном законом порядке применить к лицу, совершившему административное правонарушение, соответствующее наказание, и возложении на правонарушителя юридической обязанности претерпевать неблагоприятные последствия, составляющие сущность наложенного на него наказания.
Следует отметить, административная ответственность отличается от других видов юридической ответственности целым рядом существенных признаков.
Первым признаком является особое основание административной ответственности – административное правонарушение.
Часть 1 ст. 2.1 КоАП РФ определяет понятие административного правонарушения, указывая, что это противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за совершение которого настоящим Кодексом или законами субъектов РФ об административных правонарушениях установлена административная ответственность.
Исходя из законодательного определения можно выявить следующие признаки административного правонарушения как основания административной ответственности: административное правонарушение представляет собой деяние как осознанный волевой акт человеческого поведения, выраженного в подконтрольном сознанию мотивированном действии или бездействии, которые предусмотрены конкретной статьей КоАП России. Совершение правонарушения является единством физического действия и психического отношения к этому действию лица, его совершившего.
Правонарушение проявляется в форме активного действия либо пассивного поведения. Активные действия обычно связаны с нарушением установленных правил, запретов, ограничений. Так, ч. 2 ст. 16.1 КоАП России предусматривается ответственность за сокрытие товаров от таможенного контроля путем использования тайников или иных способов.
Правонарушения в форме бездействия предполагают, что субъект правонарушения своевременно не предпринял действий, предписанных нормой административного или таможенного права, не исполнил возложенной обязанности.
Объективная сторона административных правонарушений в сфере таможенных правил выражается как в форме действия ((ч.1. ст. 16.1. , ч. 2 ст. 16.2, 16.5, 16.10 КОАП РФ, так и бездействия (ч. 3 ст. 16.12, 16.15 КоАП РФ).
Так, правонарушением, совершаемым в форме бездействия, является нарушение, состав которого сформулирован ч. 1 ст. 16.2 КоАП РФ: недекларирование по установленной форме товаров, подлежащих таможенному декларированию.
Правовая характеристика административного правонарушения заложена в его дефиниции. Правонарушение по определению противоправно. Следует отметить, если речь идет о нарушениях таможенных правил, его противоправность заключается в том, что нарушаются конкретные нормы таможенного законодательства, установленные законом таможенные процедуры, порядок перемещения товаров и транспортных средств через таможенную границу, порядок и сроки уплаты таможенных платежей, порядок таможенного оформления и контроля, осуществления деятельности в области таможенного дела.
В социальном аспекте нарушения таможенных правил характеризуются как общественно вредные деяния, которые в определенных случаях могут представлять общественную опасность. К правонарушениям, представляющим наибольшую общественную опасность, традиционно относят правонарушения, ответственность за которые предусмотрена в ст. ст. 16.1, 16.2, 16.3 КоАП России. Общественный вред выражается также в нанесении ущерба охраняемым законом общественным отношениям, интересам личности, общества и государства.
Следующим обязательным признаком административного правонарушения является его виновность, т.к. без вины не может наступить ответственность. Формы вины определены в ст. 2.2 КоАП РФ – это умысел или неосторожность. В основу понятия вины положено осознание субъектом характера своих действий и наступление вредных последствий этих действий. Необходимо констатировать, нарушения таможенных правил в большинстве случаев совершаются умышленно, когда лицо осознает противоправный характер своих действий и, как правило, преследует извлечение экономической прибыли.
Наказуемость противоправного деяния также является признаком правонарушения и может наступить только в том случае, если за конкретные действия предусмотрены установленные законом меры административной ответственности.
Таможенным кодексом Таможенного союза установлено, что таможенное регулирование в Таможенном союзе в рамках Евразийского экономического сообщества представляет собой правовое регулирование отношений, связанных с перемещением товаров через таможенную границу Таможенного союза, их перевозкой по единой таможенной территории Таможенного союза под таможенным контролем, временным хранением, таможенным декларированием, выпуском и использованием в соответствии с таможенными процедурами, проведением таможенного контроля, уплатой таможенных платежей, а также властных отношений между таможенными органами и лицами, реализующими права владения, пользования и распоряжения указанными товарами.
В соответствии со ст. 7 ТК ТС «таможенные органы государств – членов Таможенного союза ведут административный процесс (осуществляют производство) по делам об административных правонарушениях и привлекают лиц к административной ответственности в соответствии с законодательством государств – членов Таможенного союза». Приведенное выше позволяет сделать вывод, что субъект внешнеэкономической деятельности, совершивший нарушение таможенных правил в Российской Федерации, и субъект внешнеэкономической деятельности, совершивший аналогичное нарушение таможенных правил в Республике Казахстан, будет привлекаться к административной ответственности по различным основаниям и к нему будут применяться различные административные санкции. Одной из первых обративших внимание на необходимость унификации норм, предусматривающих применение административной ответственности за нарушения таможенных правил, была профессор О.Ю. Бакаева, которая в своем докладе на 15-й Конференции по внешнеэкономическому праву, посвященной правовым вопросам Евразийского таможенного союза, отмечала: «Для участников ВЭД и для таможенных органов одной из существенных проблем следует признать отсутствие единообразия норм, предусматривающих уголовную и административную ответственность за правонарушения в таможенной сфере… Представляется, что нормативная основа, устанавливающая юридическую ответственность за нарушения таможенных правил, должна быть единой»1.
В контексте приведенного выше укажем на отдельные определенные особенности правового статуса субъектов административной ответственности за нарушения таможенных правил, содержащихся в Кодексе Республики Казахстан об административных правонарушениях (далее – КоАП РК)2 и КоАП РФ.
В качестве лиц, подлежащих административной ответственности за нарушения таможенных правил, установлены:
– в КоАП РК: 1) физическое лицо, 2) должностное лицо, 3) индивидуальный предприниматель, 4) юридическое лицо, являющееся субъектом малого или среднего предпринимательства, 5) юридическое лицо, являющиеся субъектом крупного предпринимательства;
– в КоАП РФ: 1) физическое лицо, 2) должностное лицо, 3) юридическое лицо.
Содержащиеся в КоАП РК и КоАП РФ (в ст. 32 и ст. 2.3 соответственно) нормы устанавливают возраст физического лица для наступления административной ответственности – 16 лет, аналогично в отношении установления административной ответственности должностных лиц – они привлекаются к ней при условии совершения административного правонарушения в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением своих служебных обязанностей (ст. 34 и ст. 2.4 соответственно). Таким образом, законодательство об административной ответственности и в Республике Казахстан, и в Российской Федерации практически идентично определяет основную характеристику таких субъектов правонарушения, как физическое лицо и должностное лицо.
Вместе с тем наблюдается совершенно иной подход к установлению административной ответственности юридических лиц, а именно в КоАП РК юридическое лицо как субъект правонарушения подразделено на три субъекта: индивидуальный предприниматель; юридическое лицо, являющееся субъектом малого или среднего предпринимательства; юридическое лицо, являющееся субъектом крупного предпринимательства, а в КоАП РФ одно юридическое лицо. При этом следует отметить, что в соответствии с ч. 2 ст. 34 КоАП РК физические лица, зарегистрированные в установленном законодательством порядке и осуществляющие индивидуальную предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, несут административную ответственность как должностные лица, а в примечании 1 статьи 16.1 главы 16 КоАП РФ установлено, что лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, несут административную ответственность как юридические лица. Также совершенно различен подход к определению субъекта ответственности – юридическое лицо, в КоАП РК это коммерческие организации, подразделенные на группы по критериям численности работников и среднегодовой стоимости активов1 на малые, средние и крупные субъекты предпринимательства, а в КоАП РФ субъект ответственности – юридическое лицо – установлен без каких-либо изъятий.
Указанные выше различные подходы национального законодателя к установлению субъекта административной ответственности приводят к нарушению общих принципов возложения административной ответственности за нарушения таможенных правил, совершенные в государствах – членах Таможенного союза.
Помимо того, что в законодательстве Республики Казахстан и Российской Федерации существуют различия в установлении субъекта административной ответственности за нарушения таможенных правил, имеются и различия в применении различных (неодинаковых) административных санкций. В качестве примера можно взять аналогичные статьи из КоАП РК и КоАП РФ. Аналогично статье 403 КоАП РК «Непринятие мер в случае аварии или действия непреодолимой силы» названа ст. 16.6 КоАП РФ «Непринятие мер в случае аварии или действия непреодолимой силы».
Следует признать, что несоответствие в административно-правовых статусах субъектов административной ответственности прослеживается во всех составах главы 26 КоАП РК и главы 16 КоАП РФ, аналогичным образом существует несоответствие в применении административных санкций, причем различия наблюдаются как в размере денежных сумм в соответствующих кодексах, так и в применении различных санкций.
Таким образом, сложилась парадоксальная ситуация, связанная с привлечением равностатусных, но зарегистрированных в различных государствах – членах Таможенного союза субъектов внешнеторговой деятельности Таможенного союза к административной ответственности. Также следует принимать во внимание и закрепленные в ТК ТС определенные термины, которые должны использоваться при реализации таможенных правоотношений в Таможенном союзе (ст. 4 ТК ТС). Прежде всего это такие термины и определения, как лицо; лицо государства – члена Таможенного союза; иностранное лицо. Под термином лицо понимается физическое и (или) юридическое лицо, а также организация, не являющаяся юридическим лицом, если иное не вытекает из Таможенного кодекса Таможенного союза, лицо государства – члена Таможенного союза определяется как юридическое лицо, организация, не являющаяся юридическим лицом, созданные в соответствии с законодательством государства – члена Таможенного союза, а также физическое лицо, имеющее постоянное место жительства в государстве – члене Таможенного союза, в том числе индивидуальный предприниматель, зарегистрированный в соответствии с законодательством государства – члена Таможенного союза, к иностранному лицу относится лицо, не являющееся лицом государства – члена Таможенного союза. Приведенные выше дефиниции следует рассматривать в неразрывной связи с нормой ст. 150 ТК ТС, согласно которой: «Все лица на равных основаниях имеют право на перемещение товаров через таможенную границу с соблюдением положений, установленных таможенным законодательством Таможенного союза и законодательством государств – членов Таможенного союза». Таким образом, устанавливая единые для всех субъектов внешнеэкономической деятельности права и обязанности, необходимо устанавливать и единый порядок и единую процедуру привлечения их к административной ответственности за нарушения таможенных правил, т.е. за неисполнение ими своих обязанностей, предусмотренных Таможенным кодексом Таможенного союза.
Следовательно, физические и юридические лица, имеющие устойчивую правовую связь с любым из государств – участников Таможенного союза, должны привлекаться к административной ответственности на общих основаниях, и к ним должны применяться одинаковые административные санкции за аналогичные административные правонарушения.
Изложенное выше позволяет поставить на обсуждение вопрос о необходимости унификации установления административной ответственности за нарушения таможенных правил в государствах – участниках Таможенного союза.
На наш взгляд, необходимо выделить в качестве субъекта административной ответственности индивидуального предпринимателя и исключить практику его приравнивания по объему налагаемых штрафных санкций к юридическим лицам. Можно было бы обсудить вопрос о дифференцированном применении штрафных санкций, предусматривающих административную ответственность крупного, среднего и малого предпринимательства, как это определено в Кодексе Республики Казахстан об административных правонарушениях.
Таким образом, административная ответственность за нарушение таможенных правил представляет собой опосредованный объективной реальностью комплекс прав и обязанностей субъектов – конкретное правоотношение, содержанием которого является, с одной стороны, право компетентного таможенного органа как органа исполнительной власти в строгом процессуальном порядке оценить поведение субъекта, участника внешнеэкономической деятельности с точки зрения его соответствия правовым предписаниям таможенного законодательства и применить к правонарушителю санкции, предусмотренные действующим законом, в случае обнаружения состава правонарушения, а с другой стороны, корреспондирующая с этим правом юридическая обязанность правонарушителя подвергнуться действию наложенных в законном порядке санкций.
Исходя из данного понятия административной ответственности за нарушение таможенных правил можно сформулировать ее основные особенности:
– законодательство о нарушениях таможенных правил состоит из КоАП России и отдельных норм Таможенного кодекса Таможенного союза (ст. 199 «Выпуск товаров при выявлении административного правонарушения или преступления», ст. 208 «Последствия изъятия (ареста) товаров, помещенных под таможенную процедуру») и Федерального закона «О таможенном регулировании в Российской Федерации» (ст. 171 «Использование результатов таможенного контроля при производстве по делам об административных правонарушениях, рассмотрение гражданских и уголовных дел», ст. 183 «Порядок наложения ареста на товары, изъятие товаров и документов при проведении выездной таможенной проверки» и др.);
– объект посягательства заключается в установлении Таможенным кодексом Таможенного союза1, Федеральным законом «О таможенном регулировании в Российской Федерации»1 и иными нормативными актами порядка осуществления внешнеторговой деятельности, связанной с перемещением через таможенную границу товаров, валюты, других денежных средств, услуг, соблюдением установленных законодательством запретов и ограничений, а также порядка таможенного оформления и контроля товаров и транспортных средств, исчисления и уплаты таможенных платежей, предоставления таможенных льгот и пользования ими, порядок осуществления деятельности в области таможенного дела.
Нарушения таможенных правил по своей природе являются административными, вместе с тем, наблюдается определенная специфика. Объектами нарушений таможенных правил являются: порядок перемещения товаров и транспортных средств через границу Таможенного Союза; порядок таможенного контроля товаров и транспортных средств, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза; порядок таможенного оформления; порядок обложения товаров и транспортных средств таможенными платежами; порядок предоставления определенными категориями льгот.
– правонарушения в области таможенного дела в основном носят корыстный характер, в их субъективной стороне чаще всего отмечается вина в форме умысла. Наиболее характерно это для правонарушений, предусмотренных ч. ч. 2, 3 ст. 16.2 и ст. 16.3 КоАП России, где квалифицирующим признаком является цель, мотив совершения деяния;
– нарушения таможенных правил носят экономический характер, посягают на экономические интересы, угрожают экономической безопасности России. Эта особенность нашла свое отражение и в следующем признаке ответственности за нарушение таможенных правил – преобладании существенных материальных санкций, особенно за правонарушения с квалифицирующими признаками: предельные размеры штрафов, конфискация орудия совершения или предмета административного правонарушения (ст. ст. 16.1 – 16.3, 16.7, 16.19 КоАП России), применение основного и дополнительного наказания;
– в качестве особенности административной ответственности за нарушения таможенных правил можно выделить наличие специальных субъектов. Помимо физических лиц, должностных и юридических лиц, следует выделить довольно большую группу субъектов, профессионально занимающихся деятельностью в области таможенного дела. Кроме перечисленных к ним можно отнести индивидуальных предпринимателей без образования юридического лица, таможенных перевозчиков, декларантов, таможенных представителей, владельцев складов временного хранения, магазинов беспошлинной торговли, уполномоченного экономического оператора и др. Следует подчеркнуть, что субъектами ответственности могут являться только участники внешнеторговой деятельности. Наличие специальных субъектов не характерно для других видов административных правонарушений;
– в качестве основного субъекта, привлекаемого к административной ответственности за нарушения таможенных правил, выступают физические лица. Так, например, в 2009 г. их доля составила 47% от общего количества наказаний, в 2010 г. – 48,2%, в 2011 г. – 50%, что свидетельствует о сложности привлечения юридических лиц к административной ответственности, так как нормы КоАП России (ст. 2.1) нечетко регламентируют данную процедуру; в соответствии с примечанием 1 ст. 16.1 КоАП России за нарушение таможенных правил лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, несут административную ответственность как юридические лица (по общему правилу как должностные лица);
– сложность и проблематичность привлечения к административной ответственности иностранных граждан – участников ВЭД, которые после возбуждения дела о нарушении таможенных правил в ряде случаев покидают территорию России и уклоняются от административной ответственности;

>

Доступа нет, контент закрыт

ГЛАВА 2 НАРУШЕНИЯ ТАМОЖЕННЫХ ПРАВИЛ КАК АДМИНИСТРАТИВНОГО ПРАВОНАРУШЕНИЯ И ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ИХ СОВЕРШЕНИЕ

Тинькофф All Airlines [credit_cards][status_lead]

2.1. Специфика составов административных правоотношений, предусмотренных главой 16 КоАП РФ

2.1. Специфика составов административных правонарушений, предусмотренных главой 16 КоАП РФ
Общеизвестно, какой значительный ущерб приносят таможенные правонарушения, в том числе деяния, наказуемые в административном порядке. Не случайно в КоАП РФ за совершение многих нарушений таможенных правил установлены серьезные наказания, которые по своей репрессивной силе не уступают отдельным видам уголовной ответственности. Эти меры воздействия необходимы и адекватны, но в то же время они серьезно затрагивают права и законные интересы участников внешнеэкономической деятельности при привлечении их к ответственности за административные правонарушения. Поэтому новое разъяснение Пленума Верховного Суда РФ в Постановлении от 24 октября 2006 г. N 18, в частности о применении главы 16 Особенной части Кодекса РФ об административных правонарушениях, имеет важное значение для правоприменительной практики в сфере таможенного дела.
Анализ документа свидетельствует о том, что сделан еще один важный шаг в деле укрепления законности и правопорядка при применении указанных мер, даны квалифицированные рекомендации по многим вопросам, которые вызывали споры и приводили к правовым коллизиям, противоречивым решениям, в том числе в судебной практике. Такое положение дел негативно сказывалось как на состоянии дел борьбы с таможенными правонарушениями, так и на моральном климате участников внешнеэкономической деятельности, которые зачастую считали себя незаслуженно обиженными при привлечении к ответственности за отдельные виды нарушений таможенных правил.
Кроме того, следует заметить, что новые юридические ориентиры в рассматриваемой области, на наш взгляд, позволят правильно разрешать не только дела об административных правонарушениях в таможенной сфере, но и могут быть использованы в определенной мере при квалификации уголовных правонарушений в таможенной области, в частности, при привлечении к ответственности за контрабанду. Следовательно, разъяснение высшей судебной инстанции существенно скажется на эффективности государственного преследования за правонарушения в целом во внешнеэкономической сфере.
Попытки толкования правовой квалификации таможенных правонарушений ранее предпринимались, в частности, на ведомственном уровне. Так, например, определенную роль сыграли Методические рекомендации по квалификации административных правонарушений в области таможенного дела (нарушения таможенных правил) Федеральной таможенной службы РФ (письмо ФТС России от 12 октября 2004 г. N 01-06/3086). Оценивая этот документ, надо сказать, что проделана нужная работа, которая заслуживает одобрения. Вместе с тем Методические рекомендации были рассчитаны, прежде всего, на оказание помощи практическим подразделениям таможенных органов и не давали ответа на все актуальные вопросы о правильном применении норм закона о таможенных правонарушениях, которые сейчас в целом грамотно прописаны в Постановлении Пленума. Настоящее разъяснение рассчитано на более широкий круг лиц, применяющих закон о нарушениях таможенных правил, что тоже имеет важное значение. Теперь именно на этот документ будут ориентироваться все участники правоотношений, возникающих в связи с совершением нарушений таможенных правил.
Какие же новеллы вводятся в правоприменительную практику и как они воспринимаются? Анализ позиции Верховного Суда РФ в отдельных моментах вызывает противоречивые чувства. На наш взгляд, в целом разъяснения приведут к ужесточению ответственности за многие нарушения таможенных правил. С одной стороны, может быть, это и хорошо учитывая массовый характер указанных правонарушений и те последствия, которые они влекут. Вместе с тем в отдельных вопросах позиция Верховного Суда РФ представляется не вполне оправданной. Так, в п. 27 Постановления Пленума ВС РФ говорится, что при применении ч. 1 ст. 16.1 КоАП РФ необходимо иметь в виду, что указанной нормой предусмотрена ответственность за нарушение порядка прибытия на таможенную территорию Российской Федерации и убытия с таможенной территории Российской Федерации не только товаров, но и транспортных средств. Поэтому в случае ввоза (вывоза) товаров на транспортном средстве вне пункта пропуска через Государственную границу РФ либо вне времени работы таможенных органов предметом правонарушения являются как товары, так и транспортные средства, на которых они перевозятся, поскольку в отношении их также не выполнены требования таможенного законодательства РФ.
Следовательно, размер штрафа, налагаемого на лицо, виновное в совершении данного правонарушения, должен исчисляться исходя из стоимости товаров и транспортных средств, на которых эти товары перемещены. “Если товары перевозились на гужевой повозке, то ее стоимость (например, стоимость лошади, саней, упряжи) также следует учитывать при определении размера штрафа”. Все вроде бы логично и правильно.
Однако дело заключается в том, что сегодня товары ввозятся или вывозятся на транспортных средствах, стоимость которых зачастую исчисляется даже не десятками, а сотнями тысяч долларов и иногда более этой суммы (например, стоимость морского транспортного средства). Таким образом, получается, что при совершении административного правонарушения (когда нет крупного размера незаконно перемещаемого товара, как при уголовно наказуемой контрабанде) будет применяться наказание, на наш взгляд, явно несоразмерное совершаемому проступку. Скажем, перевозчик незаконно, помимо таможенного контроля провозит товар на сумму 1000 долл., а ему кроме штрафа в размере от одной второй до трехкратного стоимости товаров, как сказано в санкции наказания за данное правонарушение, «приплюсовывают» еще 250000 долл., поскольку такова стоимость современного грузовика. Здесь не следует забывать, что в стоимость транспортного средства должна быть включена также стоимость и прицепа, вместе с которым грузовик является единым транспортным средством.
Кроме того, необходимо иметь в виду, что, по мнению Верховного Суда РФ, при наложении административного штрафа может быть применено дополнительное наказание в виде конфискации предметов административного правонарушения, в том числе и транспортных средств.
Таким образом, встает закономерный вопрос: а не многовато ли ответственности за административное правонарушение, где нет крупного размера незаконно перемещаемого товара, следовательно, нет особой злостности и общественной опасности деяния. Законодатель, на наш взгляд, и так установил серьезное наказание по ч. 1 ст. 16.1 на граждан и юридических лиц в виде штрафа в размере от одной второй до трехкратного размера стоимости товаров, явившихся предметами административного правонарушения, с их конфискацией или без таковой либо конфискацию предметов административного правонарушения. Представляется, что введение рассматриваемой новеллы в судебную практику не вполне оправданно и может повлечь за собой определенные трудности и споры. Перевозчики вряд ли будут мириться с потерей значительных материальных средств только по причине совершения ими административно наказуемого деяния.
По указанным причинам вызывают также сомнения положения п. 28 рассматриваемого разъяснения, где речь идет о том, что при назначении административного наказания в виде штрафа за правонарушение, предусмотренное ч. 2 ст. 16.1 КоАП РФ, необходимо иметь в виду, что конфискация орудий совершения данного административного правонарушения в указанном случае является обязательной.
В Постановлении Верховного Суда РФ говорится: «Если транспортное средство было оборудовано специальными хранилищами для сокрытия товаров при перемещении их через таможенную границу Российской Федерации (тайниками, изготовленными в целях сокрытия товаров, а также оборудованными и приспособленными на транспортных средствах в этих же целях конструктивными емкостями и предметами, предварительно подвергшимися разборке и монтажу), то оно рассматривается в качестве орудия административного правонарушения».
Как известно, на транспортных средствах имеется множество емкостей и других предметов, которые доступны для простейшей разборки путем, например, снятия обшивки, защитных чехлов и т.д. Но в то же время эти места, как правило, известны опытным таможенникам и доступны для их досмотра. Лицо, использующее такие укрытия, не прибегает к изощренным способам, затрудняющим обнаружение предметов контрабанды. Видимо, прежде чем решать вопрос о приравнивании тайников к иным способам сокрытия в виде использования емкостей и других предметов путем разборки и т.д., следовало бы дать разъяснение, чтобы суды, прежде всего, давали оценку степени изощренности. Простое использование конструктивных емкостей без всяких ухищрений, которые мешали бы осуществлению таможенного контроля, на наш взгляд, вряд ли допустимо приравнивать к тайникам. Тем более что совершение административного деяния повлечет за собой обязательную конфискацию транспортного средства, явившегося орудием правонарушения, стоимость которого несоразмерна содеянному и административному наказанию по ч. 2 ст. 16.1 КоАП РФ.
В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ сделана также определенная попытка разрешить еще одну злободневную проблему ответственности за нарушения таможенных правил. На протяжении последних лет сложилась противоречивая судебная практика привлечения перевозчиков за незаконное перемещение товаров и транспортных средств через таможенную границу и недоставку товаров, когда спорным является установление их вины в невыполнении таможенных правил.
В соответствии с ч. 3 ст. 16.1 КоАП РФ одним из видов незаконного перемещения товаров и (или) транспортных средств через таможенную границу признается, в частности, сообщение таможенному органу недостоверных сведений о количестве грузовых мест, об их маркировке, о наименовании, весе и (или) об объеме товаров при прибытии на таможенную территорию, а также при получении разрешения на внутренний таможенный транзит.
Наиболее часто перевозчиков привлекают к ответственности именно по третьей части указанной статьи. Между тем, когда возбуждается дело об административном правонарушении по данной статье, необходимо установить, есть ли вина перевозчика и причинная связь между сообщением таможенному органу недостоверных сведений и действиями перевозчика. Многие перевозчики не считают себя виновными, когда выявляется недостоверность таких сведений.
Как известно, грузы часто отправляют в смешанном виде. И бывает так, что грузоотправитель неверно указывает в товаросопроводительных и транспортных документах наименование грузов, вес, количество и т.д. Таможенным органам эти документы представляет перевозчик, которого в конечном итоге и привлекают к ответственности.
В судебной практике имеются дела, когда перевозчики пытались доказать, что они не являются субъектами данного состава правонарушения и потому в принципе не могут отвечать за недостоверность сведений, указанных отправителем. Но суды привлекают перевозчика к ответственности за такого рода правонарушения.
Конечно, обязанность перевозчика представлять соответствующие сведения установлена Таможенным кодексом Таможенного Союза. Например, при прибытии товаров и транспортных средств на таможенную территорию России и до убытия их оттуда автоперевозчику необходимо предъявить таможенному органу эти сведения. Перевозчик представляет таможенному органу документы на транспортное средство, международную товаротранспортную накладную, имеющиеся у перевозчика коммерческие документы на перевозимые товары. Вместе с тем перевозчик не должен считаться виновным за недостоверные сведения, содержащиеся в документах, составленных отправителем груза, когда у него нет реальной возможности проверить правильность таких сведений.
Как известно, юридическое лицо согласно ч. 2 ст. 2.1 КоАП РФ признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения установленных правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но он не принял мер по их соблюдению. Если у перевозчика действительно не имелось физической возможности проверить количество мест и т.д. (например, он принял к транспортировке контейнеры с пломбой грузоотправителя или таможни у предыдущего перевозчика), вины перевозчика в предоставлении недостоверных сведений таможенному органу быть не может, а значит, нет и состава административного правонарушения.
Теперь благодаря разъяснению Пленума Верховного Суда РФ в определенной части указанной проблемы вопросы решены. Им высказано достаточно четкое положение о том, какими конкретно способами доказывается вина перевозчика по ч. 3 ст. 16.1 КоАП РФ.
Оценивая вину перевозчика в совершении нарушения, выразившегося в сообщении таможенному органу недостоверных сведений о количестве товара, судам надлежит выяснять, в какой мере положения действующих международных договоров в области перевозок (Конвенции о договоре международной дорожной перевозки грузов (КДПГ) 1956 г., Соглашения о международном железнодорожном грузовом сообщении (СМГС) 1951 г., Международной конвенции об унификации некоторых правил о коносаменте 1924 г., Конвенции Организации Объединенных Наций о морской перевозке грузов 1978 г. и др.) предоставляли перевозчику возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых установлена ответственность ч. 3 ст. 16.1 КоАП РФ, а также какие меры были приняты перевозчиком для их соблюдения.
В соответствии со ст. 8 КДПГ при принятии груза транспортер обязан проверить точность указаний, сделанных в накладной относительно числа грузовых мест, их разметки и номеров, а также внешнее состояние груза и его упаковки. Если транспортер не имеет возможности проверить правильность указаний, он должен сделать обоснованные оговорки в накладной, а также мотивировать все вероятные оговорки относительно внешнего состояния груза и его упаковки.
Кроме того, в соответствии со ст. 11 Конвенции отправитель обязан до передачи груза присоединить к накладной или представить в распоряжение перевозчика необходимые документы и сообщить все требуемые сведения для выполнения таможенных и иных формальностей. При этом проверка правильности и полноты этих документов не возлагается на транспортера. Отправитель ответственен перед ним за всякий ущерб, который может быть причинен отсутствием, недостаточностью или неправильностью документов и сведений, за исключением случаев вины транспортера.
Ситуация может быть совсем другой, если перевозчик мог воспользоваться правом на проверку груза (п. 3 ст. 8 КДПГ), но не сделал этого.
Таким образом, речь идет о том, что, если перевозчиком были выполнены все правила международной перевозки грузов и несоответствие заявляемых им сведений не могло быть очевидным для перевозчика, осуществляющего свою деятельность на профессиональной основе, исходя из осадки транспортных средств, его технических возможностей и других подобных показателей, он ответственности за нарушение таможенных правил может и не нести. Следовательно, у перевозчика, выполнившего все вышеуказанные требования международных правил, есть возможность доказать свою невиновность.
Кроме рассмотренного случая, связанного с проблемой определения вины перевозчика, практика также часто сталкивается с трудностями установления вины перевозчика в нарушении таможенных правил при недоставке товаров, квалифицируемом по ст. 16.9 КоАП РФ. Постановление Пленума Верховного Суда РФ, к сожалению, обошло стороной этот острый и злободневный вопрос. В настоящее время нередки случаи недоставки товаров в связи со сложной криминогенной обстановкой на дорогах: товары разворовываются, совершаются ограбления и т.д. Причем это происходит на всех видах транспорта.
Во многих случаях перевозчик-водитель бессилен противодействовать подобным насильственным действиям. Таможенные же органы при недоставке товаров по указанным причинам, как правило, признают перевозчиков виновными в нарушении указанной статьи и привлекают к серьезной ответственности. И это происходит, несмотря на упоминавшееся выше положение ч. 2 ст. 2.1 КоАП о признании виновным лица в совершении административного правонарушения только в том случае, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения установленных правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но он не принял мер по их соблюдению.
По рассматриваемому вопросу сложилась противоречивая судебная практика и неоднозначна позиция Федеральной таможенной службы1. Представитель юридической службы ФТС России А.А. Новиков, ссылаясь на судебное решение Федерального арбитражного суда Центрального округа по делу гражданина А. Клетчикова, а также на последующее решение Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ, отстаивает позицию об ответственности перевозчика практически в любых случаях, даже без доказанности его вины в недоставке товаров.
На наш взгляд, в деле А. Клетчикова как раз был классический случай невозможности со стороны перевозчика выполнить требование о доставке товаров в силу действия непреодолимой силы. Не случайно суд первой инстанции, рассматривавший данное дело, заявление истца удовлетворил, а требование таможни признал недействительным. «Разбойное нападение на водителя-перевозчика, доставлявшего товар в Щелковскую таможню, при соблюдении им таможенного законодательства является обстоятельством, имеющим чрезвычайный характер, совершено под угрозой применения оружия и насилия, опасного для жизни и здоровья, с открытым похищением транспортного средства и товара, которое Клетчиков не мог заранее предвидеть и предотвратить, – отметил в своем решении суд. – Таким образом, недоставка товара перевозчиком по книжке МДП явилась непреодолимым препятствием, находящимся вне его контроля, и поэтому на предпринимателя не может быть возложена обязанность по уплате таможенных платежей».
Аргументируя свою позицию, А.А. Новиков ссылается на международные документы, в которых, по его мнению, также говорится о безоговорочной ответственности перевозчика за недоставку, за исключением форс-мажорных обстоятельств.
В то же время указанный автор ссылается на многочисленную судебную практику, когда суды на протяжении последних пяти лет в регионе деятельности таможенных органов, расположенных в Центральном и Северо-Западном федеральных округах, где имелись случаи недоставки иностранных товаров в таможенный орган назначения в связи с их хищением в результате разбойного нападения, кражи, рассматривая вопрос об ответственности перевозчика, в большинстве случаев исходили из наличия его вины в данной утрате. При ее отсутствии перевозчик освобождался от ответственности. Представляется, что в такой позиции есть определенное противоречие и ссылка только на одно судебное решение не дает основания делать вывод об ответственности перевозчика в любом случае при недоставке товаров.
На наш взгляд, более взвешенный подход содержится в документе других представителей ФТС России, а именно в вышеназванных Методических рекомендациях по квалификации нарушений таможенных правил. Давая развернутую характеристику ст. 16.9 КоАП РФ «Недоставка, выдача (передача) без разрешения таможенного органа либо утрата товаров или документов на них», специалисты Управления таможенных расследований и дознания высказывают точку зрения о том, что надо более внимательно и гибко подходить к оценке в случае установления вины перевозчика при недоставке товаров. В частности, они пишут: «Под утратой следует понимать выбытие товаров из фактического владения лиц, обязанных в соответствии с требованиями таможенного законодательства обеспечить сохранность находящихся под таможенным контролем товаров.
В практике нередки случаи, когда выбытие товаров из владения таких лиц (особенно это актуально для перевозчиков) происходит вследствие противоправных действий третьих лиц (кражи, грабежа, разбойного нападения).
В указанных случаях данные об обстоятельствах такого происшествия, полученные из объяснений перевозчика, органов внутренних дел и иных источников, в том числе данные о наличии подобных фактов в прежней деятельности этого перевозчика и принятых в связи с этим мерах, должны быть тщательно исследованы при установлении вины перевозчика в невыполнении им предусмотренной законом обязанности по обеспечению сохранности товаров. И если, например, утрата товаров в результате кражи стала возможной ввиду явной небрежности перевозчика в выполнении этой обязанности (оставление водителем транспортного средства с товарами без присмотра на неохраняемой территории; остановка в пути для ночевки вдали от оживленных магистралей, населенных пунктов, постов ДПС; непринятие перевозчиком каких-либо дополнительных мер по обеспечению сохранности товаров, несмотря на неоднократные случаи утраты товаров при перевозке, и т.п.), освобождение его от ответственности необоснованно. В случае же установления надлежащих действий перевозчика в ходе доставки товаров и отсутствия у него возможности предотвратить или воспрепятствовать их утрате (например, когда это сопряжено с риском для жизни и здоровья водителя) он не должен привлекаться к ответственности по данной статье»1.
Изложенное, думается, убедительно свидетельствуют о том, что требуется пристальное внимание высших судебных инстанций по разъяснению ситуации и выработке единообразного понимания как таможенными, так и судебными органами вопроса об ответственности за недоставку товаров по ст. 16.9 КоАП РФ.
Определенные трудности на практике вызывает разграничение признаков административных правонарушений по ч. 3 ст. 16.2 КоАП РФ и ст. 16.3, где речь идет о несоблюдении запретов и ограничений, предусмотренных законодательством о внешнеторговой деятельности при ввозе и вывозе товаров. Здесь сложность, прежде всего, заключается в правильном понимании запретов и ограничений, носящих и не носящих экономического характера. Пленум Верховного Суда РФ разграничивает эти понятия и четко указывает случаи, когда применяются те или иные запреты и ограничения в зависимости от использования того или иного таможенного режима.
Но особенно важно разъяснение высшей судебной инстанции о том, что привлечение по ч. 3 ст. 16.2 КоАП РФ осуществляется в случае заявления декларантом либо таможенным брокером (представителем) недостоверных сведений о товарах и (или) транспортных средствах, а равно представления недействительных документов, если такие сведения и документы могли послужить основанием для неприменения запретов и (или) ограничений, установленных в соответствии с законодательством РФ о государственном регулировании внешнеторговой деятельности, при декларировании товаров и (или) транспортных средств.
В других случаях несоблюдение установленных в соответствии с законодательством РФ о государственном регулировании внешнеторговой деятельности запретов и (или) ограничений на ввоз товаров на таможенную территорию Российской Федерации и (или) вывоз товаров с таможенной территории Российской Федерации, как не носящих экономического характера, так и имеющих экономический характер, должно квалифицироваться по ст. 16.3 КоАП РФ.
Здесь следует добавить, что за совершение правонарушения, предусмотренного ст. 16.3 КоАП РФ, подлежит ответственности лицо, на которое возложена обязанность соблюдения установленных запретов и ограничений. К таким лицам может, например, относиться перевозчик (при ввозе на таможенную территорию России запрещенных к ввозу отходов, озоноразрушающих веществ и т.д.), а также декларант в случае непредставления соответствующей лицензии на товар. В то же время будет неправильным привлечение к ответственности лиц, которые хотя и совершают операции, связанные с декларированием товаров, но не несут обязанностей, связанных с соблюдением запретов и (или) ограничений на ввоз и (или) вывоз товаров с таможенной территории РФ, которые прямо закреплены во внешнеторговом и таможенном законодательстве.
Например, таким лицом не может быть таможенный брокер, который хотя по закону и совершает операции по декларированию товаров, но имеет статус, отличный от вышеназванных лиц, в том числе и в области запретов и ограничений на ввоз и вывоз товаров. Таможенный брокер – посредник, совершающий таможенные операции от имени и по поручению декларанта или иного лица, на которого возложена обязанность или которому предоставлено право совершать таможенные операции.
Следует отметить, что рассмотренный подход по разграничению составов правонарушений в полной мере соответствует позиции ФТС России, изложенной в Методических рекомендациях.
Дальнейшему укреплению законности будет способствовать разъяснение Пленума Верховного Суда РФ об уточнении круга субъектов административной ответственности по ч. 1 ст. 16.23 КоАП РФ.
Вместе с тем, если быть совсем точным, в данном случае говорить об ответственности физических лиц по ч. 1 ст. 16.23 КоАП РФ, на наш взгляд, вообще не приходится. В соответствии с действующим таможенным законодательством таможенным брокером может быть только юридическое лицо. Поэтому только организация, нарушающая установленный порядок оказания посреднических услуг по таможенному оформлению товаров и транспортных средств, может быть привлечена к ответственности по указанной статье.
В заключение следует подчеркнуть, что новое видение проблемы ответственности за административные нарушения в таможенной сфере, думается, в целом позитивно скажется на состоянии борьбы с нарушениями таможенных правил. В то же время спорный характер отдельных положений разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, на наш взгляд, требует серьезного дополнительного научного анализа практики судебных и таможенных органов в целях выработки оптимальных рекомендаций по предупреждению и пресечению рассмотренных административных правонарушений.
Представление недействительных документов при таможенном оформлении (ст. 16.7 КоАП РФ) предусматривает ответственность за представление декларантом или иным лицом таможенному брокеру (представителю) либо иному лицу документов для представления их в таможенный орган при таможенном оформлении товаров и (или) транспортных средств, повлекшее за собой сообщение (заявление) таможенному органу таможенным брокером (представителем) либо иным лицом недостоверных сведений о товарах и (или) транспортных средствах.
Состав данного правонарушения охватывает не только этап декларирования, но может применяться в том числе при прибытии товаров на таможенную территорию Таможенного союза, помещении товаров под процедуру внутреннего таможенного транзита, то есть на всех этапах таможенного оформления. Субъектом ответственности может выступать лицо, обладающее полномочиями в отношении товаров, декларант.

Доступа нет, контент закрыт

Глава 3. Административные санкции и порядок их применения в таможенной сфере

Административный штраф представляет собой единственную разновидность административного наказания, исчисляемого в денежной форме. По общему правилу административный штраф, являясь денежным взысканием, выражается в твердой денежной сумме. Тем не менее, в санкциях статей главы 16 КоАП РФ административный штраф выражается в величине, кратной стоимости предмета административного правонарушения (ч. 1 и 2 ст. 16.1, ч. 1 ст. 16.2 КоАП РФ). Заметим, что при таком порядке исчисления размера административного штрафа судьи не всегда правильно определяют предмет административного правонарушения. Сказанное относится прежде всего к таможенным провонарушениям, предусмотренным ч. 1 ст. 16.1 КоАП РФ. В частности, при назначении административного наказания за ввоз (либо убытие) товаров на транспортном средстве вне пункта пропуска через Государственную границу РФ либо вне времени работы таможенных органов иногда не учитывается тот факт, что предметом данного правонарушения являются не только товары, но и транспортные средства, на которых эти товары были перемещены. В связи с чем, в данном случае размер административного штрафа должен исчисляться из стоимости соответствующих товаров и транспортных средств.
Критерий исчисления административного штрафа в величине, кратной сумме неуплаченных таможенных платежей, законодателем почти не используется. В настоящее время он установлен только при нарушении таможенных правил, предусмотренных ч. 2 ст. 16.2 КоАП РФ, согласно которой размер штрафных санкций определяется исходя из стоимости неуплаченных таможенных пошлин и налогов.
Вопросы назначения административного наказания в виде конфискации орудия совершения или предмета административного правонарушения в различное время неоднократно подвергались анализу в научной литературе1. В то же время изучение практики привлечения к административной ответственности за нарушение таможенных правил показывает, что правоприменительные решения судебных органов в рассматриваемой сфере по-прежнему отличаются чрезвычайной неоднородностью.
Согласно ст. 3.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (КоАП РФ) целью административных наказаний является предупреждение совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами. При этом очевидно, что санкции, налагаемые при привлечении к административной ответственности, должны быть эффективными, но не чрезмерными.
Однако результаты правоохранительной деятельности таможенных органов свидетельствуют о недостаточной профилактической роли данного вида наказания. К примеру, если в 2009 г. с назначением конфискации рассмотрено 8946 дел, возбужденных таможенными органами России, то в 2010 г. этот показатель составил 9170 дел, а в 2011 г. – уже 10 686 дел1. Таким образом, подобная мера не достигает поставленной законом цели.
По смыслу КоАП РФ конфискация наносит прямой экономический ущерб виновному лицу, лишая его собственности и тем самым понуждая к соблюдению требований действующих правовых актов. Так, глава 16 КоАП РФ содержит 15 составов правонарушений, за совершение которых предусмотрена конфискация товаров, явившихся предметами правонарушений. Еще в одном случае (ч. 2 ст. 16.1 КоАП РФ) в дополнение к административному штрафу с конфискацией предметов правонарушения или без таковой у правонарушителя может быть конфискован товар или транспортное средство, которые послужили орудием совершения правонарушения.
При этом административные правонарушения в области таможенного дела в большинстве случаев совершаются лицами, для которых осуществление таможенных операций является основным видом деятельности. При таких условиях именно широко применяемая конфискация товаров должна служить наиболее эффективным инструментом воздействия на указанных лиц. Как отмечалось Конституционным Судом России, «конфискация как наиболее суровая мера административного взыскания устанавливается за те таможенные правонарушения, которые законодатель рассматривает как наиболее вредные»1.
Однако зачастую в правоотношения с таможенными органами вступают не собственники товаров, а иные лица, которым эти товары вверены в целях совершения таможенных операций (например, перевозчик, экспедитор, таможенный представитель). В этом случае при совершении административных правонарушений (например, по ч. 3 ст. 16.1, ч. 2 ст. 16.2 КоАП РФ) подобные «посредники» не будут иметь экономической заинтересованности в сохранении этой собственности. Как следствие, назначение наказания в виде конфискации не повлечет для них неблагоприятных последствий своего противоправного поведения.
Таким образом, безвозмездное обращение в федеральную собственность предметов, которые не принадлежат правонарушителю, в большинстве случаев не достигает цели, обозначенной в ст. 3.1 КоАП РФ.
Поэтому нередки случаи, когда, к примеру, организации-перевозчики при привлечении к административной ответственности по ч. 3 ст. 16.1 КоАП РФ сами ходатайствуют о конфискации предметов правонарушений. Со своей стороны судебными органами наказание в виде конфискации зачастую рассматривается как наименьшая мера ответственности, своего рода «поощрение» за относительную незначительность общественной опасности совершенного деяния. Так, отдельные постановления по делам об административных правонарушениях содержат мотивировку следующего характера: «…учитывая обстоятельства дела, совершение административного правонарушения впервые, судья полагает возможным назначить наказание в виде конфискации предмета правонарушения без штрафа…» или «…при назначении наказания в виде конфискации предметов правонарушения суд принимает во внимание обстоятельства, смягчающие административную ответственность…».
Однако такой подход прямо противоречит замыслу законодателя, установившего конфискацию в качестве более тяжкого вида административного наказания в сравнении, например, с административным штрафом, о чем было сказано выше.
С другой стороны, безвозмездное обращение товаров в федеральную собственность наносит прямой ущерб собственнику предметов правонарушений, несмотря на то, что данное лицо могло и не участвовать в совершении противоправного деяния.
Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 25 апреля 2011 г. N 6-П признал неконституционным требование КоАП РФ об обязательном безвозмездном изъятии орудия совершения административного правонарушения, без учета принадлежности такой вещи. По мнению Конституционного Суда России, эта мера, по сути, направлена на собственника соответствующего имущества, вне зависимости от его вины в данном правонарушении, что несоразмерно ограничивает право собственности последнего1. Развивая эту правовую позицию, Пленум Высшего Арбитражного Суда России в своем Постановлении от 10 ноября 2011 г. N 71 указал, что конфискация как вид административного наказания не может быть применена, если установлено, что лицо, привлекаемое к ответственности, не является собственником орудий или предметов правонарушения1. Таким образом, высшие судебные инстанции фактически обязали суды при рассмотрении дел об административных правонарушениях, а также административные органы при решении вопроса о передаче дел в суд устанавливать собственников орудий совершения и предметов административных правонарушений.
Очевидно, что подобная правовая позиция в целом обоснованна и соответствует основополагающему принципу юридической ответственности, заключающемуся в недопустимости подвергать административному наказанию (в данном случае – в виде безвозмездного изъятия собственности) лицо, не признанное виновным в установленном законом порядке.
При этом на первый взгляд такая практика противоречит другому Постановлению Конституционного Суда России от 14 мая 1999 г. N 8-П, в котором указано, что конфискация предмета таможенного правонарушения допустима «независимо от того, находятся ли соответствующие товары и транспортные средства в собственности совершившего его лица, а также независимо от того, установлено это лицо или нет. В противном случае организаторы незаконного перемещения товаров получили бы возможность переложить всю ответственность на неплатежеспособных лиц или лиц, проживающих за границей, что подрывало бы правопорядок в сфере таможенного регулирования и несовместимо с его целями и задачами»2.
Однако следует иметь в виду, что в рассматриваемом Постановлении признаны неконституционными ч. 1 ст. 131 и ч. 1 ст. 380 Таможенного кодекса Российской Федерации 1993 г., действовавшего на тот момент. При этом ч. 1 ст. 131 устанавливала запрет на пользование и распоряжение товарами, в отношении которых таможенное оформление не завершено. Часть 1 ст. 380 предусматривала, что товары, транспортные средства и иные предметы, в отношении которых вынесено постановление о конфискации, по истечении срока обжалования постановления таможенного органа конфискуются, а конфискация производится независимо от того, являются ли они собственностью лица, совершившего нарушение таможенных правил, а также независимо от того, установлено это лицо или нет.
В то же время сами по себе указанные нормы не устанавливали конфискацию в качестве наказания за нарушение таможенных правил, а лишь предусматривали порядок обращения с изъятыми товарами. Следовательно, проверка соответствия Конституции России конфискации как меры административной ответственности, применяемой к лицам, которые не являются собственниками предметов правонарушения, в значительной степени осталась за рамками указанного решения Конституционного Суда России. Так, согласно тексту Постановления, «поскольку заявителями не оспаривается конституционность примененных в их конкретных делах статей 278 и 279 Таможенного кодекса Российской Федерации, эти статьи, равно как и другие, предусматривающие… возможность назначения конфискации в качестве меры административной ответственности… не являются предметом проверки Конституционного Суда Российской Федерации в производстве по настоящему делу»1. При этом судом указано, что при установлении данного вида наказания законодатель должен соблюдать принцип соразмерности.
Необходимо отметить, что предметами правонарушений в области таможенного дела, как правило, являются товары, перемещаемые через таможенную границу в связи с осуществлением внешнеэкономической сделки. Поскольку практика совершения внешнеторговых операций предусматривает различные варианты наступления срока перехода права собственности, принадлежность товаров в момент совершения правонарушения (а это, как правило, стадия декларирования) должна определяться на основе положений внешнеторгового контракта, а если контракт не содержит указаний на момент перехода права собственности – на основе законодательства страны продавца. В действительности установить данное обстоятельство практически невозможно.
Очевидно, что в подобном противоречивом состоянии практика привлечения к административной ответственности отличается крайней неоднородностью. Анализ судебных решений по делам об административных правонарушениях, возбужденных таможенными органами в 2012 г., показывает, что районные и городские суды при рассмотрении дел по-прежнему конфискуют товары у иностранных морских перевозчиков и таможенных представителей.
С учетом изложенного представляется, что конфискация предметов правонарушения должна применяться только при привлечении к административной ответственности лиц, обладающих полномочиями по совершению таможенных операций, необходимых для выпуска товаров в соответствии с заявленной таможенной процедурой (за исключением таможенной процедуры таможенного транзита), либо для перемещения товаров через таможенную границу без помещения под таможенные процедуры. Указанные лица могут и не являться собственниками данных предметов (например, как уже было сказано, в силу положений внешнеторгового договора), однако во всех случаях правомочны совершать с этими товарами юридически значимые действия, что возлагает на них ответственность за возможное нарушение требований законодательства при реализации таких правомочий.
В свою очередь, применение конфискации предмета правонарушения к таможенным представителям, перевозчикам и экспедиторам не только влечет неблагоприятные последствия для законных владельцев товаров (в действиях которых не установлен материальный состав нарушения таможенных правил), но и не обеспечивает достижение установленных законом целей наказания, что в целом негативно отражается на результативности административно-правового принуждения в таможенной сфере. Подобная практика, на наш взгляд, должна быть исключена.
С учетом изложенного полагаем, что вектором дальнейшего правового регулирования в области административных наказаний за нарушение таможенных правил должно стать уменьшение карательной роли конфискации. В условиях же действующего законодательства конфискацию товаров, являющихся предметами либо орудиями совершения административных правонарушений в области таможенного дела, целесообразно применять исключительно за совершение правонарушений, влекущих наибольшую общественную опасность.
Административное законодательство предусматривает в числе наказаний за незаконное перемещение товаров и (или) транспортных средств через таможенную границу РФ конфискацию (ст. 16.1 КоАП РФ).
Конфискация орудия совершения или предмета административного правонарушения – принудительное безвозмездное обращение в федеральную собственность или собственность субъекта Федерации не изъятых из оборота вещей (ст. 3.7 КоАП РФ). При этом конфискация орудия совершения или предмета административного правонарушения может назначаться и применяться согласно ч. 2 ст. 3.3 КоАП РФ в качестве основного либо основного и дополнительного административного наказания.
Однако законодателем не дано понятий предмета и орудия совершения правонарушения. На мой взгляд, предмет административного правонарушения можно определить как то, по поводу чего осуществляются общественные отношения, составляющие объект правонарушения.
Предметами правонарушения, предусмотренного ст. 16.1, являются товары и (или) транспортные средства. Согласно примечанию к этой статье в гл. 16 КоАП используются понятия «товары», «транспортные средства», принятые в Таможенном кодексе Таможенного Союза.
Таможенный кодекс Таможенного Союза (пп. 1 п. 1 ст. 11) определяет товар как любое перемещаемое через таможенную границу движимое имущество, а также отнесенные к недвижимым вещам транспортные средства. Движимое имущество – вещи, не отнесенные к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги (ч. 2 ст. 130 ГК РФ).
Пункт 26 ст. 2 Федерального закона от 8 декабря 2003 г. «Об основах государственного регулирования внешнеторговой деятельности» определяет товар как являющееся предметом внешнеторговой деятельности движимое имущество, а также отнесенные к недвижимому имуществу воздушные, морские суда, суда внутреннего плавания и смешанного (река – море) плавания и космические объекты, а также электрическая энергия и другие виды энергии. Транспортные средства, используемые по договору о международных перевозках, не рассматриваются в качестве товара.
Транспортные средства – любое морское (речное) судно, судно на воздушной подушке, воздушное судно, автотранспортное средство (включая прицепы, полуприцепы, комбинированные транспортные средства) или единицы железнодорожного подвижного состава, которые используются в международных перевозках для платной перевозки лиц либо для платной или бесплатной промышленной или коммерческой перевозки товаров, а также их штатные запасные части, принадлежности и оборудование, содержащиеся в их штатных баках горюче-смазочные материалы и топливо, если они перевозятся вместе с транспортным средством.
Орудие совершения административного правонарушения – это предметы, используемые для осуществления объективной стороны правонарушения. Например: транспортные средства, если они использовались для перемещения товаров, в том числе путем сокрытия в тайниках, и т.п.
Санкция ст. 16.1 КоАП предусматривает следующие альтернативные наказания: 1) штраф от одной второй до 3-кратного размера стоимости товаров, явившихся предметами правонарушения, с их конфискацией или без таковой и конфискацию товаров и (или) транспортных средств, явившихся орудиями совершения административного правонарушения; 2) конфискацию предметов административного правонарушения.
Как видим, санкция статьи сформулирована достаточно громоздко и без учета правоприменительной практики. В немалой степени вследствие этого суды Белгородской области неоднозначно применяют эту санкцию и назначают следующие наказания: 1) в виде штрафа от стоимости перемещаемого товара, а товар и транспортное средство возвращаются владельцу, и вопрос о конфискации предмета или орудия правонарушения не обсуждается; 2) в виде конфискации предмета правонарушения; 3) в виде штрафа с конфискацией предмета правонарушения, при этом транспортное средство, на котором перемещался товар, считается предметом правонарушения.
Вместе с тем в санкции статьи законодатель предусмотрел при назначении наказания в виде штрафа обязательную конфискацию орудия правонарушения. Тогда возникает вопрос: когда, к примеру, транспортное средство будет орудием, а когда предметом правонарушения?
Президиум Верховного Суда РФ в Постановлении от 10 июня 1998 г. по уголовному делу в отношении Петренко, осужденного по ст. 30 и ч. 1 ст. 188 УК РФ, разъяснил, что орудие преступления – это все предметы, которые использовались преступником для достижения общественно опасной цели, независимо от основного назначения предмета. И Верховный Суд РФ пришел к выводу, что понятие орудия преступления включает в себя предмет преступления.
Согласно диспозиции ст. 16.1 КоАП предметом правонарушения являются не только товары, но и транспортные средства.
Представляется, что законодателю для правильного и единообразного применения ст. 16.1 необходимо дать понятия предмета и орудия правонарушения либо изменить санкцию данной статьи, исключив из нее указание о конфискации орудия правонарушения.
Зададимся вопросом: «Какие существуют правила назначения административного наказания?»
Функционирование Таможенного союза предполагает отсутствие таможенных границ между государствами, образующими такой союз. В связи с данным фактом возникают определенные проблемы с привлечением лиц, совершивших правонарушение на территории одного из государств – членов Таможенного союза, к ответственности на территории другого государства – члена Таможенного союза. Вместе с тем после создания Таможенного союза законодательство об административных правонарушениях как Российской Федерации, так и других государств – членов Таможенного союза было приведено в соответствие с таможенным законодательством Таможенного союза в части использования единства терминологии, но не было гармонизировано. В настоящей статье будут рассмотрены положения законодательства государств – членов Таможенного союза об административных правонарушениях, гармонизация которых, по мнению автора, приведет к совершенствованию административной ответственности за нарушение таможенного законодательства Таможенного союза.
Прежде всего, рассмотрим обстоятельства, отягчающие административную ответственность.
В Российской Федерации такими обстоятельствами признаются:
1) продолжение противоправного поведения, несмотря на требование уполномоченных на то лиц прекратить его;
2) повторное совершение однородного административного правонарушения;
3) вовлечение несовершеннолетнего в совершение административного правонарушения;
4) совершение административного правонарушения группой лиц;
5) совершение административного правонарушения в условиях стихийного бедствия или при других чрезвычайных обстоятельствах;
6) совершение административного правонарушения в состоянии опьянения.
Законодательство Республики Беларусь, предусматривая аналогичные обстоятельства, отягчающие административную ответственность, в качестве таких обстоятельств дополнительно предусматривает:
– совершение административного правонарушения по мотивам расовой, национальной либо религиозной розни;
– совершение административного правонарушения в отношении женщины, беременность которой заведомо известна физическому лицу, совершившему административное правонарушение;
– совершение административного правонарушения с использованием лица, заведомо для физического лица, совершившего административное правонарушение, страдающего психическим заболеванием или слабоумием;
– совершение административного правонарушения должностным лицом в связи с исполнением служебных обязанностей;
– совершение административного правонарушения в отношении заведомо малолетнего, престарелого или лица, находящегося в беспомощном состоянии.
Законодательство Республики Казахстан содержит такие же обстоятельства, как и содержащиеся в законодательстве Российской Федерации, и также следующие обстоятельства:
– привлечение к совершению административного правонарушения лиц, которые заведомо для виновного страдают тяжелым психическим расстройством, либо лиц, не достигших возраста, с которого наступает административная ответственность;
– совершение административного правонарушения по мотиву национальной, расовой и религиозной ненависти или вражды, из мести за правомерные действия других лиц, а также с целью скрыть другое правонарушение или облегчить его совершение;
– совершение административного правонарушения в отношении лица или его близких в связи с выполнением данным лицом своего служебного, профессионального или общественного долга;
– совершение административного правонарушения в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности, а также в отношении малолетнего, другого беззащитного или беспомощного лица либо лица, находящегося в зависимости от виновного.
Законодательство каждого из государств – членов Таможенного союза предусматривает, что судья, орган, должностное лицо, рассматривающие дело об административном правонарушении, могут не признать указанные обстоятельства отягчающими и не могут признать отягчающими иные обстоятельства.
Отдельно стоит остановиться на таком содержащемся в законодательстве каждого из государств – членов Таможенного союза отягчающем обстоятельстве, как повторное совершение однородного административного правонарушения. Данное обстоятельство признается отягчающим в случае, если лицо считается подвергнутым наказанию за совершенное ранее однородное правонарушение. При этом необходимо иметь в виду, что однородным считается правонарушение, имеющее единый родовой объект посягательства, лицо, которому назначено административное наказание за совершение административного правонарушения, считается подвергнутым данному наказанию в течение одного года со дня окончания исполнения постановления о назначении административного наказания. Совершение административного правонарушения не признается повторным, если за ранее совершенное административное правонарушение физическое лицо, его совершившее, или юридическое лицо были освобождены от административной ответственности либо в связи с истечением срока, по окончании которого физическое или юридическое лицо считается не подвергавшимся административному взысканию. При этом физическое или юридическое лицо считается не подвергавшимся административному взысканию, если в течение одного года со дня окончания исполнения административного взыскания не совершит нового административного правонарушения.
По мнению автора, государствам – членам Таможенного союза целесообразно рассмотреть вопрос о совершенствовании законодательства об административной ответственности в данной области. Так, в настоящее время повторное совершение однородного административного правонарушения предусмотрено в качестве отягчающего обстоятельства в законодательстве каждого из государств – членов Таможенного союза. Однако при этом учитываются только те административные правонарушения, которые были совершены на территории того государства – члена Таможенного союза, в котором виновное лицо привлекается к ответственности. На взгляд автора, данный факт не учитывает функционирование единой таможенной территории Таможенного союза и не с наибольшей эффективностью обеспечивает пресечение административных правонарушений в условиях отсутствия таможенных границ между государствами – членами Таможенного союза. Представляется целесообразным установление в каждом из государств – членов Таможенного союза принципа, согласно которому при назначении наказания в качестве обстоятельства, отягчающего административную ответственность за административные правонарушения, связанные с нарушением таможенного законодательства Таможенного союза, будут учитываться не только однородные административные правонарушения, совершенные ранее в данном государстве – члене Таможенного союза, но также такие правонарушения, совершенные этим же лицом в других государствах – членах Таможенного союза. Кроме того, лицо, которому назначено административное наказание за совершение административного правонарушения, должно считаться подвергнутым данному наказанию не только в государстве, на территории которого лицо было привлечено к ответственности, но также и на территории других государств – членов Таможенного союза. При этом может потребоваться необходимость внесения изменений в ст. 4 Соглашения о взаимной административной помощи таможенных органов государств – членов Таможенного союза от 21 мая 2010 г., устанавливающих обязанность таможенных органов на постоянной основе осуществлять обмен информацией о лицах, привлеченных к административной ответственности за нарушение таможенного законодательства Таможенного союза. Кроме того, в рамках указанного Соглашения возможно предусмотреть создание единой базы данных о лицах, привлеченных к административной ответственности за нарушение таможенного законодательства Таможенного союза.
Далее рассмотрим сроки давности привлечения к административной ответственности.
Срок давности привлечения лица к административной ответственности – это период времени, в течение которого может быть вынесено постановление о назначении наказания по соответствующему делу об административном правонарушении. По истечении данного срока лицо не может быть привлечено к ответственности1.
Согласно ст. 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, постановление по делу об административном правонарушении не может быть вынесено по истечении двух лет со дня совершения административного правонарушения за нарушение таможенного законодательства Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС и (или) законодательства Российской Федерации о таможенном деле либо со дня его обнаружения таможенным органом при длящемся правонарушении. При этом длящимся является такое административное правонарушение (действие или бездействие), которое выражается в длительном непрекращающемся невыполнении или ненадлежащем выполнении предусмотренных законом обязанностей. Такие обязанности могут быть возложены не только нормативным правовым актом, но и правовым актом ненормативного характера, например предписанием органа (должностного лица), осуществляющего государственный надзор (контроль). Невыполнение предусмотренной названными правовыми актами обязанности к установленному сроку свидетельствует о том, что административное правонарушение не является длящимся. При этом необходимо иметь в виду, что днем обнаружения длящегося административного правонарушения считается день, когда должностное лицо, уполномоченное составлять протокол об административном правонарушении, выявило факт его совершения1.
Рассмотрим сроки давности привлечения к административной ответственности в Республике Беларусь. Согласно ст. 7.6 Кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях, административное взыскание за совершение административного правонарушения против порядка таможенного регулирования может быть наложено не позднее трех лет со дня его совершения и шести месяцев со дня его обнаружения.
Срок давности в Республике Казахстан равен двум месяцам со дня совершения административного правонарушения, по истечении которых лицо не подлежит привлечению к административной ответственности.
Автор полагает, что за совершение административных правонарушений, связанных с нарушением таможенного законодательства Таможенного союза, сроки давности целесообразно унифицировать. При этом в связи со значительным уровнем общественной опасности и возможностью нанесения существенного вреда экономикам государств – членов Таможенного союза целесообразно в качестве основы для такой унификации использовать наиболее жесткие положения из законодательств государств – членов Таможенного союза. Так, представляется целесообразным унифицировать срок давности, установив, что за совершение административного правонарушения, связанного с нарушением таможенного законодательства Таможенного союза, лицо не может быть привлечено к административной ответственности по истечении 3 лет с момента его совершения, а в случае длящегося правонарушения – по истечении 2 лет с момента его обнаружения таможенным органом.
Гармонизация законодательства государств – членов Таможенного союза об административных правонарушениях в указанных областях, по мнению автора, окажет положительное влияние на применение административной ответственности за нарушение таможенного законодательства Таможенного союза. Вместе с тем практическая реализация предложений, указанных в настоящей статье, зависит, прежде всего, от политической воли государств – членов Таможенного союза.
Определение длящегося административного правонарушения сформулировано в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 г. N 5. Согласно этому определению «длящимся является такое административное правонарушение (действие или бездействие), которое выражается в длительном непрекращающемся невыполнении или ненадлежащем выполнении предусмотренных законом обязанностей»1. При этом такие обязанности могут быть возложены и иным нормативным правовым актом, а также правовым актом ненормативного характера, например представлением прокурора, предписанием органа (должностного лица), осуществляющего государственный надзор (контроль).
В пределах компетенции и в соответствии с ч. 1 ст. 28.3 КоАП РФ таможенные органы уполномочены составлять протоколы по делам об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 16.1 – 16.23 КоАП РФ. Анализ таможенных правонарушений, предусмотренных главой 16 КоАП РФ, позволяет прийти к выводу о том, что длящимися среди них можно назвать, например, такие, как «незаконные пользование или распоряжение условно выпущенными товарами либо незаконное пользование арестованными товарами» (ст. 16.20 КоАП РФ); «незаконные приобретение, пользование, хранение либо транспортировка товаров и (или) транспортных средств» (ст. 16.21 КоАП РФ); «незаконное осуществление деятельности в области таможенного дела» (ст. 16.23 КоАП РФ).
Заметим, что КоАП РФ, устанавливая пределы компетенции уполномоченных органов по составлению протоколов, в ч. 1 ст. 28.3 содержит ссылку на главу 23 Кодекса, которая устанавливает предметную подведомственность по рассмотрению дел об административных правонарушениях. Таможенные органы не уполномочены рассматривать дела, предусмотренные ч. 2 ст. 16.1 КоАП РФ. Это исключительная компетенция судебных органов. Именно в этой связи данный состав не включен в 23-ю главу. Остается непонятным, кто же уполномочен составлять протоколы по ч. 2 ст. 16.1 КоАП РФ. Однако по умолчанию в правоприменительной практике таможенные органы возбуждают такие дела, при необходимости проводят административное расследование и впоследствии направляют дела в суд для рассмотрения.
Выделение длящихся правонарушений из общего перечня таможенных правонарушений основано в первую очередь на применении таких критериев, как место и время. Так, местом нарушения правовых предписаний, установленных главой 16 КоАП РФ, являются таможенная граница, зона таможенного контроля, осмотра и т.п.1.
Вышеперечисленные длящиеся правонарушения в области таможенного дела, как правило, совершаются на таможенной территории Российской Федерации, т.е. вне мест, именуемых таможенной границей, зоной таможенного контроля, осмотра. Для таких действий, как пользование, распоряжение, хранение, транспортировка либо незаконное осуществление деятельности в области таможенного дела, таможенным законодательством не установлены временные характеристики.
В свою очередь, для многих других действий участников внешнеэкономической деятельности законом предусмотрены и установлены номинальные сроки их осуществления. К таким действиям можно отнести, например, декларирование (подачу таможенной декларации), доставку, представление документов и сведений, отчетность, вывоз или ввоз товаров временно ввезенных товаров и транспортных средств. Однако невыполнение предусмотренной нормативным правовым актом обязанности к установленному в нем сроку не является длящимся административным правонарушением. Срок давности привлечения к административной ответственности за правонарушения, по которым предусмотренная нормативным правовым актом обязанность не была выполнена к определенному в нем сроку, начинает течь с момента наступления указанного срока. В этой связи нельзя признать длящимися такие, например, правонарушения, как «недекларирование либо недостоверное декларирование товаров и (или) транспортных средств» (ст. 16.2 КоАП РФ); «недекларирование либо недостоверное декларирование физическими лицами иностранной валюты или валюты Российской Федерации» (ст. 16.4 КоАП РФ); «недоставка, выдача (передача) без разрешения таможенного органа либо утрата товаров или документов на них» (ст. 16.9 КоАП РФ); «несоблюдение сроков подачи таможенной декларации или представления документов и сведений» (ст. 16.12 КоАП РФ); «непредставление в таможенный орган отчетности» (ст. 16.15 КоАП РФ); «невывоз либо неосуществление обратного ввоза товаров и (или) транспортных средств физическими лицами» (ст. 16.18 КоАП РФ).
Уяснение четкого определения длящегося правонарушения неразрывно связано с вопросами исчисления сроков давности привлечения к административной ответственности. Так, в соответствии с ч. 2 ст. 4.5 КоАП РФ при длящемся административном правонарушении сроки, предусмотренные частью первой этой статьи, начинают исчисляться со дня обнаружения административного правонарушения. Днем обнаружения длящегося административного правонарушения считается день, когда должностное лицо, уполномоченное составлять протокол об административном правонарушении, выявило факт его совершения.
Таможенным законодательством закреплено право таможенного органа осуществлять проверку достоверности заявленных при таможенном оформлении сведений после выпуска товаров и (или) транспортных средств, а именно в течение одного года со дня утраты товарами статуса находящихся под таможенным контролем. Такую проверку после выпуска товаров таможенные органы вправе проводить посредством применения форм таможенного контроля. Формами таможенного контроля являются: проверка документов и сведений; устный опрос; получение пояснений; таможенное наблюдение; таможенный осмотр товаров и транспортных средств; таможенный досмотр товаров и транспортных средств; личный досмотр; проверка маркировки товаров специальными марками, наличия на них идентификационных знаков; осмотр помещений и территорий; таможенная ревизия.
Вместе с тем далеко не все из перечисленных форм таможенного контроля могут осуществляться после выпуска товаров. Анализ ст. 367 – 376 ТК Таможенного Союза позволяет сделать вывод, что такие формы контроля, как проверка документов и сведений, таможенное наблюдение, таможенный досмотр товаров и транспортных средств и личный досмотр, не могут проводиться таможенными органами после выпуска товаров в свободное обращение, так как они должны осуществляться либо при таможенном оформлении, либо во время перевозки товаров и транспортных средств, находящихся под таможенным контролем, либо при подаче таможенной декларации. В свою очередь, нормы, устанавливающие применение таких форм таможенного контроля, как получение пояснений, таможенный осмотр товаров и транспортных средств, проверка маркировки товаров специальными марками, наличия на них идентификационных знаков, осмотр помещений и территорий, не содержат запрета, а следовательно, данные формы таможенного контроля могут применяться после выпуска товаров. Лишь одна норма Таможенного кодекса Таможенного Союза, устанавливающая порядок и условия применения такой формы таможенного контроля, как таможенная ревизия, достаточно четко обозначает возможность применения этой формы таможенного контроля после выпуска товаров.

Доступа нет, контент закрыт


Нетология

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
На основании изложенного позволим себе сформулировать следующие выводы.
С 06 июля 2010 года действует Таможенный кодекс Таможенного союза (далее – ТК ТС), в соответствии с которым в Российской Федерации, Республике Беларусь и Республике Казахстан таможенное регулирование осуществляется по единым правилам, определенным таможенным законодательством Таможенного союза.
При этом согласно части 3 статьи 7 ТК ТС вопросы привлечения лиц к административной ответственности за нарушения таможенных правил, а также ведения административного процесса (осуществления производства) по делам об административных правонарушениях (далее – АП) регулируются на уровне национального законодательства государств – членов Таможенного союза.
В государствах – членах Таможенного союза соответствующие правоотношения регламентированы следующими национальными кодифицированными актами: Кодекс Российской Федерации (далее – КоАП РФ), Кодекс об административных правонарушениях Республики Казахстан (далее – КоАП РК) и Кодекс об административных правонарушениях Республики Беларусь (далее – КоАП РБ) , Процессуально-исполнительным кодексом об административных правонарушениях Республики Беларусь (далее – ПИКоАП РБ).
КоАП РФ и КоАП РК имеют аналогичную структуру, состоящую из общих положений, определяющих задачи и принципы законодательства об административных правонарушениях, вопросы административной ответственности и наказания, а также особенной части, положений о порядке производства по делам об АП и исполнения постановлений по делам об АП.
В отличие от КоАП РФ и КоАП РК в Республике Беларусь вопросы процессуального характера регламентированы отдельным законодательным актом – ПИКоАП РБ.
Правонарушения в области таможенного дела в Кодексах государств – членов Таможенного союза регламентированы нормами отдельных глав:
– глава 16 КоАП РФ «Административные правонарушения в области таможенного дела (нарушение таможенных правил)» состоит из 24 статей;
– глава 14 КоАП РБ «Административные правонарушения против порядка таможенного регулирования (административные таможенные правонарушения)» – 19 статей;
– глава 26 КоАП РК «Административные правонарушения в сфере таможенного дела» – 40 статей
Исходя из данного понятия административной ответственности за нарушение таможенных правил можно сформулировать ее основные особенности:
– законодательство о нарушениях таможенных правил состоит из КоАП России и отдельных норм Таможенного кодекса Таможенного союза (ст. 199 «Выпуск товаров при выявлении административного правонарушения или преступления», ст. 208 «Последствия изъятия (ареста) товаров, помещенных под таможенную процедуру») и Федерального закона «О таможенном регулировании в Российской Федерации» (ст. 171 «Использование результатов таможенного контроля при производстве по делам об административных правонарушениях, рассмотрение гражданских и уголовных дел», ст. 183 «Порядок наложения ареста на товары, изъятие товаров и документов при проведении выездной таможенной проверки» и др.);
– объект посягательства заключается в установлении Таможенным кодексом Таможенного союза1, Федеральным законом «О таможенном регулировании в Российской Федерации»1 и иными нормативными актами порядка осуществления внешнеторговой деятельности, связанной с перемещением через таможенную границу товаров, валюты, других денежных средств, услуг, соблюдением установленных законодательством запретов и ограничений, а также порядка таможенного оформления и контроля товаров и транспортных средств, исчисления и уплаты таможенных платежей, предоставления таможенных льгот и пользования ими, порядок осуществления деятельности в области таможенного дела.
Нарушения таможенных правил по своей природе являются административными, вместе с тем, наблюдается определенная специфика. Объектами нарушений таможенных правил являются: порядок перемещения товаров и транспортных средств через границу Таможенного Союза; порядок таможенного контроля товаров и транспортных средств, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза; порядок таможенного оформления; порядок обложения товаров и транспортных средств таможенными платежами; порядок предоставления определенными категориями льгот.
– правонарушения в области таможенного дела в основном носят корыстный характер, в их субъективной стороне чаще всего отмечается вина в форме умысла. Наиболее характерно это для правонарушений, предусмотренных ч. ч. 2, 3 ст. 16.2 и ст. 16.3 КоАП России, где квалифицирующим признаком является цель, мотив совершения деяния;
– нарушения таможенных правил носят экономический характер, посягают на экономические интересы, угрожают экономической безопасности России.
– в качестве особенности административной ответственности за нарушения таможенных правил можно выделить наличие специальных субъектов. Помимо физических лиц, должностных и юридических лиц, следует выделить довольно большую группу субъектов, профессионально занимающихся деятельностью в области таможенного дела. Кроме перечисленных к ним можно отнести индивидуальных предпринимателей без образования юридического лица, таможенных перевозчиков, декларантов, таможенных представителей, владельцев складов временного хранения, магазинов беспошлинной торговли, уполномоченного экономического оператора и др. Следует подчеркнуть, что субъектами ответственности могут являться только участники внешнеторговой деятельности. Наличие специальных субъектов не характерно для других видов административных правонарушений;
– сложность и проблематичность привлечения к административной ответственности иностранных граждан – участников ВЭД, которые после возбуждения дела о нарушении таможенных правил в ряде случаев покидают территорию России и уклоняются от административной ответственности;
– постановление по делу о нарушении таможенного законодательства Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС или законодательства РФ о таможенном деле может быть вынесено в течение 2 лет со дня совершения (ст. 4.5 КоАП России);
– дела о нарушениях таможенных правил, в соответствии со ст. ст. 23.1 и 23.8 КоАП России, рассматривают судьи (ч. 2 ст. 16.1) и таможенные органы (ч. ч. 1, 3 и 4 ст. 16.1, ст. ст. 16.2 – 16.24). Однако судьи обладают компетенцией и в рассмотрении других дел о нарушении таможенных правил, в основном составы которых предусматривают конфискацию товаров и транспортных средств, если таможенный орган, которому поступило дело о таком административном правонарушении, передает его на рассмотрение судьи.
В качестве вывода следует отметить, что в настоящее время административная ответственность за нарушения таможенных правил является самым распространенным видом юридической ответственности в таможенном деле. В связи с изменением в уголовном законодательстве отмены ст. 188 Уголовного кодекса России «Контрабанда» (Федеральный закон от 7 декабря 2011 г. N 420-ФЗ) роль административной ответственности за нарушения таможенных правил и число данных нарушений будет неуклонно возрастать.
В связи с принятием и вступлением в силу новой редакции гл. 16 КоАП России «Административные правонарушения в области таможенного дела (Нарушение таможенных правил)» произошло некоторое увеличение количества составов нарушений таможенных правил, и оно в основном приведено в соответствие с нормами действующего таможенного законодательства Таможенного союза и России;
Таким образом, для повышения эффективности и целесообразности применения административной ответственности за нарушения таможенных правил, устранения пробелов и коллизий необходимо дальнейшее совершенствование административного и таможенного законодательства в рамках функционирования Таможенного союза.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

Официальные документы, нормативные акты
1. Конституция Российской Федерации, принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г.: офиц. текст Конституции РФ с внесенными поправками от 21.07.2014 –офиц. интернет-портал правовой информации. – Режим доступа: http://www.pravo.gov.ru.
2. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях: федер. закон: принят Гос. Думой 20 декабря 2001 г.: по состоянию на 8 марта 2015 г.- М.: Юриспруденция, 2015. – 10 с.
3. Таможенный кодекс Таможенного союза (приложение к Договору о Таможенном кодексе Таможенного союза, принятому Решением Межгосударственного Совета ЕврАзЭС на уровне глав государств от 27.11.2009 N 17) (ред. от 10.10.2014)// СЗ РФ. 2010. N 50. Ст. 6615.
4. О таможенном регулировании в Российской Федерации: федер. закон: принят Гос. Думой 19 ноября 2010 г. : по состоянию на 29 ноября 2014 г. – офиц. интернет-портал правовой информации. – Режим доступа: http://www.pravo.gov.ru.
5. О ратификации Соглашения о формировании Единого экономического пространства: федер. закон: принят Гос. Думой 20 апреля 2004 г.  – офиц. интернет-портал правовой информации. – Режим доступа: http://www.pravo.gov.ru.
6. Указ Президента РФ от 12.05.2009 N 537 (ред. от 01.07.2014) «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года» (12 мая 2009 г.)// СЗ РФ. 2009. N 20. Ст. 2444.
Постановление Правительства РФ от 16.09.2013 N 809 (ред. от 27.12.2014) «О Федеральной таможенной службе» (вместе с «Положением о Федеральной таможенной службе»)- офиц. интернет-портал правовой информации. – Режим доступа: http://www.pravo.gov.ru.
7. Приказ ФТС России от 01.03.2012 N 368 «О должностных лицах таможенных органов Российской Федерации, уполномоченных составлять протоколы об административных правонарушениях и осуществлять административное задержание» (с изм. и доп.) // Российская газета. 2012. 20 апреля.
8. Закон Республики Казахстан от 31 января 2006 г. N 123-III ЗРК «О частном предпринимательстве» // Ведомости Парламента Республики Казахстан. 2006. N 3 (2460). Ст. 21.

Судебная практика
1. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14 мая 1999 г. N 8-П «По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 131 и части первой статьи 380 Таможенного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой закрытого акционерного общества «Сибирское агентство «Экспресс» и гражданина С.И. Тененева, а также жалобой фирмы «Y. & g. Reliable Services, Inc.» // Собрание законодательства Российской Федерации. 1999. N 21. Ст. 2669.
2. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 25 апреля 2011 г. N 6-П «По делу о проверке конституционности части 1 статьи 3.7 и части 2 статьи 8.28 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью «Стройкомплект» // Собрание законодательства Российской Федерации. 2011. N 19. Ст. 2769.
3. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14 мая 1999 г. N 8-П // Собрание законодательства Российской Федерации. 1999. N 21. Ст. 2669.
4. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14 мая 1999 г. N 8-П // Собрание законодательства Российской Федерации. 1999. N 21. Ст. 2669.
5. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 г. N 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2005. N 6.
6. Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10 ноября 2011 г. N 71 «О внесении изменений в некоторые Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, касающиеся рассмотрения арбитражными судами дел об административных правонарушениях, и признании утратившим силу Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.06.2007 N 41 «О применении арбитражными судами статьи 14 Федерального закона «Об исполнительном производстве» в части регулирования сроков предъявления к исполнению постановлений органов (должностных лиц), уполномоченных рассматривать дела об административных правонарушениях» // Вестник ВАС РФ. 2012. N 1. С. 100 – 113.
7. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 г. N 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» (с изм. от 11 ноября 2008 г.) // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2005. N 6.

Книги, монографии, учебники, учебные пособия

1. Бахрах Д.Н. Административное право России. М.: Эксмо, 2010.
2. Мигачев Ю.И., Попов Л.Л., Тихомиров С.В. Административное право Российской Федерации: Учебник / Под ред. Л.Л. Попова. 2-е изд., испр. и доп. М.: Юрайт, 2010.
3. Правовые вопросы Евразийского таможенного союза = Rechtsfragen der Eurasischen Zollunion: Пер. с нем. М.: Инфотропик Медиа, 2012. 368 с.

4. Шамахов В.А., Кожанков Ю.А. Таможенное регулирование в Таможенном союзе в рамках ЕврАзЭС. М.: СофтИздат, 2012. с. 41.
5. Серков П.П. Административные правонарушения: квалификация и назначение наказаний: Науч.-практ. пособие. М.: Норма, 2010. С. 55.

Статьи, периодические издания
1. Ломакина Л.А. Влияние правовых позиций Конституционного Суда РФ на развитие законодательства об административной ответственности // Журнал российского права. 2012. N 2. С. 61 – 68.
2. Новиков А.А. Хищение товаров не освобождает от платежей // Таможня. №8. 2006. с. 27.
3. Новокшонов И.Б. Конфискация как санкция за таможенное правонарушение: По материалам решений Конституционного Суда Российской Федерации // Право и экономика. 1999. N 12. С. 64 – 71;
4. Салищева Н.Г. О некоторых тенденциях развития законодательства об административной ответственности в России в современный период // Административное право и процесс. 2009. N 5. С. 8.
5. Семенова О. Конфискация за незаконное перемещение товаров и (или) транспортных средств через таможенную границу РФ // Законность. 2004. N 5. С. 44 – 45.

Авторефераты диссертаций, диссертации
1. Мустафина С.А. Административные правонарушения в области таможенного дела (нарушения таможенных правил): вопросы квалификации и назначения наказаний: Дис. … канд. юрид. наук. М., 2011. С. 34.



Заказать учебную работу

Данный текст представлен в том виде, в котором добавлен его автором. Используйте данный текст в качестве примера или шаблона для своего научного труда. А лучше закажите уникальную работу с высоким процентом уникальности

Проверить уникальность

Внимание плагиат! Будьте осмотрительны. Все тексты перед защитой проходят проверку на плагиат. Перед использованием скачанного материала обязательно проверьте текст на уникальность и повысьте ее, при необходимости

Был ли этот материал полезен для Вас?

Комментирование закрыто.